Книга Пути-дороги. С чистого листа, страница 47 – Алёна Цветкова

— Повезло тебе, Лола, рассмешить унылого гоблина почти невозможно, – Яволк подкинул дровишек в костер и помешал кашу, – давай ужинать.

— Повезло, – кивнула я, с благодарностью вспомнив свою удачу. Она мне очень пригодилась.

Пока мы, дуя и шипя, ели горячую кашу, по очереди зачерпывая деревянными ложками прямо из котелка, стало совсем темно. Где-то рядом ухала сова… или филин… костер трещал и выбрасывал в небо огненные искры.

Яволк ушел мыть котелок, кивнув мне на телегу, в которой он расстелил толстую лошадиную попону, и сказал, что я сегодня сплю там. А он постережет.

Ночь окутала мир шелестящей тишиной, и даже говорить было немного лениво. Я лежала на попоне лицом костру, смотрела в небо и пыталась найти Полярную звезду. Но ее не было. Сейчас, после того, что я видела в городе, я уверена, этот мир никогда не был мне родным. Я здесь чужая. И от этого слишком тревожно звучало слово безмирник…

Проснулись мы с рассветом. Утро выдалось зябким и холодным. Небо хмурилось и грозило пролиться затяжным дождем. Яволк обеспокоенно посмотрел вверх и сказал, что если выедем прямо сейчас, то успеем вернуться в деревню до грозы.

Корову я подоила так быстро, как только смогла. Сегодня было же не страшно, только руки с непривычки очень устали. Молока получилось больше половины ведра и это при том, что кормежка вчера и сегодня была довольно скудная.

Завтракали мы снова на ходу вчерашними пирогами, запивая свежим, утрешним молоком. Я так и оставила его в подойнике, повязав поверх старым платком. Не пешком же, в телеге. Поставлю аккуратно, довезу. Не жарко, не прокиснет так быстро. Может еще смогу деда напоить свеженьким…

К обеду поднялся ветер. Деревья над нашими головами зашумели так сильно, что приходилось кричать, чтобы слышать друг друга. Тревожно заголосили птицы, перелетая с ветки на ветку. Небо опустилось низко-низко и угрожающе нависло над лесом черно-фиолетовой тучей от края до края горизонта, воздух, казалось, потяжелел от влаги и резко запах грозой и мокрой пылью… вот-вот начнется ливень.

Так и вышло. Когда мы выехали из леса, прямо перед мостом возле деревни, первые мелкие капли упали с неба на землю… Лошадь не надо было подгонять, она сама бежала изо всех сил, торопясь спрятаться от стихии. Телега громыхала и подпрыгивала на кочках, и нам приходилось держаться, чтобы не вылететь на ходу.

Моя корова тревожно мычала, тяжело трясла выменем, но не отставала. Веревка, которой она была привязана, висела, а значит моя скотина вполне успевала бежать за телегой.

У наших ворот Могучий послушно остановился, но недовольно фыркал и прядал ушами. Мы с Яволком дружно, как будто бы договаривались, разделились. Он подхватил мои вещи и побежал к крыльцу. А мы с коровой понеслись в сарай. Успели…

Я с облегчением выдохнула и, похлопав корову по заднице, велела отдыхать. Сено и воду пообещала принести чуть позже, не выгонять же бедолагу на пастбище в такую погоду.

Я вышла из сарайки и в этот самый момент хлынул ливень, занавешивая пространство светло-серой непрозрачной занавесью водяных струй. Окружающие предметы размазались блеклыми кляксами, я шла к крыльцу почти на ощупь, мгновенно вымокнув до нитки. И очень удивилась, когда в одной из клякс опознала Яволка. Он стоял под навесом и ждал меня. А я-то думала он уехал!