Онлайн книга «Жена тёмного князя 2»
|
И растянула губы в улыбке, взглянув на перепуганные Гришку и Ваську: — Ешьте, мальчики. Каша очень вкусная. А я сейчас, поговорю с Петей и вернусь. Поставила на стол пустую миску и зашагала к омуту, где чуть не плача от боли, Петька смывал с себя липкую и вязкую кашу из какарушек. — Дура! Идиотка, — причитал он слезливо, — тупая баба! Я присела на корточки у самого края омута и улыбнулась. Вполне искренне. — Будешь меня оскорблять, я тебя прямо здесь утоплю, — ровно произнесла я. — Ты не представляешь, мерзавец, как сильно я хочу это сделать. — Дура! — завопил он снова, — я же ради тебя старался! Тебе разве нравится жить в этом клоповнике?! Ты, Аська, молодая и красивая. Светлейший тебя помилует, ведь ты всего лишь баба и не могла противиться воле мужа. Во всем виноват только он! А выйдешь замуж за нормального мужика и не будешь выживать в этой дикости, вкалывая как рабыня, пока твой муженек дрыхнет в тенечке. — Ах, так ты у нас благодетель, значит, — произнесла я язвительно. — А мы то, идиоты, не поняли, что ты это не о себе заботился. Не для себя хотел место послаще выбить. И нас вовсе не хотел на смерть обречь… — Не хотел, — буркнул Петька отворачиваясь и принимаясь поливать заплывшее лицо водой. А потом вдруг всхлипнул и разрыдался, как ребенок. И это было так неожиданно, что я растерялась. — Я же не знал, что все так будет! Я думал, вернусь, в княжью школу пойду! Темным князем стану! А они! — выкрикивал он гнусаво. — Они сказали, что меня в расход! Потому что слишком много силы! И я могу быть опасен для них! Петька отвернулся и, обхватив себя руками, застыл, изредка вздрагивая всем телом. На голове все еще оставалась каша, какарушки запутались в волосах и не промылись, одна половина лица, распухла подушкой и покраснела. Очень скоро надуются пузыри. Я вздохнула. Мне стало жаль этого непутевого идиота, который до сих пор верил в сказки. Мне его признание нисколько не удивило. Мы все давно поняли, что светлые мнишки не такие добрые, как кажется жителям Пределов Жизни. Хотя мы до сих пор так и не разгадали главную загадку: зачем им это надо. — Ладно, Петька, — я позвала рыдающего мальчишку, — вылезай. Я тебя не трону. И ожог твой надо обработать… Идем! Жалкий, мокрый и поверженный «враг» выполз из омута на четвереньках на ощупь. Его лицо опухло так сильно, что оба глаза заплыли. На голове и с одной стороны лица вздулись пузыри, а вторая просто была очень красной. Голова распухла так сильно, что казалась раза в два больше, чем раньше. — Я ничего не вижу, — прошептал Петька и всхлипнул, — болит! — Болит, — согласилась я. В душе царапалось чувство вины. Не так, чтобы его нельзя было терпеть, но сильно. — А Васька мог вчера умереть. Из-за тебя… — Я не хотел, — краснота стремительно опускалась вниз на подбородок, и Петька с трудом шевелил губами. — Я думал, они просто вернут вас обратно. А потом подслушал светлых. И узнал. — Из уголка заплывшего глаза прорвался ручеек слез. — Они решили усилить Барьеры. Чтобы вы здесь все сами сдохли… Я не сказал им про поводки. — Идем, — я ничего не ответила. Просто протянула Петьке руку, которую он обхватил обеими руками. Его колотило… то ли от холода, то ли от нервов, то ли от боли. А может от жара. Его ладонь была такой горячей. — Я помогу тебе переодеться. И чем-нибудь намажу ожоги… |