Книга Жена тёмного князя, страница 45 – Алёна Цветкова

Первый улов вселил в меня надежду, что все будет хорошо. Если рыба будет ловиться такими темпами и дальше, то голод нам не грозит. И запасы на лед можно положить приличные. По крайней мере теперь знала, что не-живая рыба совсем не так страшна. Да, она вроде бы не так сильно страдала без воды, как ее живые собратья, но в остальном ее поведением ничем особенно не отличалось. По крайней мере на данном этапе.

Пока я копошилась у реки, темнеть стало даже на равнине. А в овраге уже стало совсем темно. Я, пыхтя от натуги, тащила на себе огромный пучок рогоза и кукан с рыбой, то и дело спотыкаясь и шепотом ругая камни, попадавшиеся под ноги. К тому же, если бы не Пузик, который радостно затявкал, услышав мое приближение, я, вообще, промахнулась бы мимо нашей стоянки.

— Пузик, ты молодец, — похвалила я бдительного псица.

С кряхтением сбросила со спины рогоз, подвесила на ветку дерева кукан с рыбой, потерла ноющую поясницу и сказала вслух:

— Как бы костер развести… Камень для готовки, конечно, хорошо, но костер дал бы нам свет и тепло. А то тут так темно, что я своих ног не вижу. И Бориса не вижу…

Не то, чтобы я хотела с кем-нибудь поговорить, но постоянно молчать было тяжко. А Пузик не самый плохой собеседник. Псиц снова затявкал, соглашаясь с моими словами.

— Принеси дров, — услышала я тихий шепот Бориса. — я зажгу огонь…

— Борис? — шепотом, боясь, что мне все это показалось, прошептала я. А глаза уже были на мокром месте. То ли от радости, что я теперь не одна. То ли от облегчения, что теперь мне не придется выживать в одиночку. — Ты пришел в себя?

— Ненадолго, — выдохнул он и пояснил. — Ночь мое время.

У меня на языке вертелись тысячи вопросов. Но я прикусила язык, пусть Борис лучше побережет силы, а спросить я смогу и потом. Тем более, мне есть чем заняться прямо сейчас. О дровах я сегодня даже не думала. А собирать их в кромешной тьме, то еще развлечение. Проще всего было, конечно, взять доски из той кучи, которую я набрала для постройки шалаша, но это было бы неразумно. Поэтому принялась вспоминать, где я днем видела старые коряги и на ощупь искала их в кустах и старом бурьяне. Было нелегко, но я справилась, и через некоторое время, собрала возле Бориса довольно большую кучу веток, палок и коряг. Приносила я их на голос Пузика, выполнявшего роль маяка.

Мне нужно было не только развести огонь, мне нужно было еще и сохранить его. Потому я таскала дрова до тех пор, пока их не стало достаточно, чтобы костер горел некоторое время, нужное мне для поиска дров на всю ночь. Все же при свете пламени это делать гораздо удобнее.

Если бы я знала, что сегодня у меня будет огонь, я еще днем приготовила бы очаг. Сняла бы верхний слой дерна, обложила бы костровище камнями, но сейчас у меня не было выбора. И я разложила сухие ветки, предварительно наломав их на небольшие куски, где попало.

— Борис, — шепотом позвала я мужа, — все готово… Я принесла дрова и сложила их шалашиком…

— Отойди подальше, — велел он. Даже по голосу было слышно, как он напряжен. Наверное, прикусила я губы, чтобы не всхлипнуть, ему больно… Я же видела его ногу днем… Очень нехорошая краснота так и не проходила.

Я сделала несколько шагов назад и замерла.

— Готово, — прошептала еле слышно.

Но он меня услышал. Через мгновение, на сложенный мной палках вспыхнуло пламя, ярко освещая все вокруг… А Борис снова потерял сознание, вложив все силы в горевший рядом с нами крошечный костерок…