Книга Оберег от нечистой силы, страница 90 – Алёна Цветкова

Хотя иногда мне казалось, что если бы мы позволили Великомудру думать, что меня на самом деле нет, дела бы пошли гораздо быстрее. И почему во всех религиях Бог так не любит женщин и старается внушить мужчинам, что мы, женщины, неразумные и, вообще, почти даже не люди? Боится конкуренции что ли?

Еще через месяц Великомудр смог разговаривать со мной на деловые темы, не вздрагивая, и отвечать на мои вопросы, не чувствуя себя блаженным. И я наконец-то полностью спихнула на него достроенную баню, попросив заняться оснащением тазиками, вениками и прочим, а так же составлением расписания мужских и женских дней; швейную мастерскую с оберегами и носовыми платками, попросив не сломать то, что сделано и подумать об открытии филиалов при храмах в других городах; и клининговую службу по уборке города, попросив приложить усилия, чтобы внедрить раздельный сбор мусора во всем городе.

Да, управляющего пришлось просить, а не требовать. И мягко, по-матерински журить, если он делал что-то не то. Потому что, во-первых, Великомудр был намного старше меня, и кричать на него рука не поднималась, во-вторых, он на самом деле был отличным управляющим и старался четко выполнить мои просьбы, в-третьих, его бы хватил апоплексический удар, если бы женщина посмела что-то требовать у мужчины, и в-четвертых, я боялась, что он уйдет, и мне придется снова доказывать, что я не просто приложение к мужу. И тут я снова порадовалась, что мой муж святоша. А то сдали бы меня в храм на опыты по сжиганию ведьм.

Я же занималась развитием своей мусорной корпорации. За конец лета и начало осени я построила прямо у мусорного полигона два длинных, бревенчатых склада. Утеплила их, тщательно законопатив все щели и засыпав завалинки толстым слоем земли. Землей же утеплила потолки, завалив полы на чердаках. Построила правильные и неправильные печи.

Правильные мне сложил местный печник, а неправильные — ситайский. У этих печей дым из топки шел не вверх по трубе, а уходил под большое просторное, но невысокое ложе, которое я решила использовать для сушки своей продукции.

Чтобы в цехах было светло, пришлось прорубить окна и поставить двойное остекление. Стекло в этом мире было дорогим удовольствием, а уж двойной стеклопакет почти разорил меня, став самым большим расходом в смете и сожрав все накопления. Но я не жалела, лучше так, чем круглый год в цехах по производству бумаги и ДСП использовать отрытый огонь для освещения. Я тогда гореть буду раз двадцать на дню.

Хорошо, что аккурат к этому времени приехал казначей Великого князя и привез обещанные деньги для строительства дома-мечты. Никакой дом я, конечно, строить не собиралась. Мы со Златославом решили повременить с детками, а нам двоим и небольшого дома за глаза хватит. На самом деле дома за глаза хватило бы и семье с пятью детьми, но об этом я недомужу не сказала. Незачем. Пусть старается и думает, где еще заработать денег для наших будущих детей.

Кроме денег казначей привез мне грамотку. Великий князь слов на ветер не бросает, и стала я теперь задним числом столбовою дворянкой. Я когда прочитала грамотку-то, смех сдержать не могла.

— Не вижу ничего смешного, — поджал губы казначей, похожий на старую ворону. Весь в черном, голова седая, а нос, как клюв, огромный.