Книга Семеро по лавкам, или "попаданка" во вдову трактирщика, страница 102 – Алёна Цветкова

— Кажется, ваша чуйка завела нас куда то не туда… Нам лучше вернуться…

Он не договорил. В этот самый момент старая, осевшая дверь бесшумно открылась, и оттуда вышла высокая, статная и очень красивая женщина в длинном роскошном платье. Оно переливалось на солнце так, словно было украшено бриллиантами от воротника до подола. Женщина вышла прямо, даже не склонив головы.

— Абигейл! — выдохнул маг.

— Омул?! — В её глазах мелькнул страх. Я откуда то знала: боится она не самого мага, а чего то другого, или кого то.

— Абигейл, — маг первый шагнул к ней и обнял потерянную жену. От радости у него пропал голос, и он мог только шептать: — Абигейл… Моя Абигейл…

А она стояла прямая, как палка, и молчала. Даже не обняла его в ответ. Хотя хотела, я видела, как дрогнули её руки и рванулись вверх, чтобы повиснуть на неожиданно появившемся муже. Но на полпути резко остановились и рухнули вниз, словно она усилием воли вернула их на место.

— Омул, — её голос звучал твёрдо и жёстко, — тебе лучше уйти. Я никогда не вернусь к тебе. Никогда…

Я снова чувствовала тот страх, что мелькнул в её глазах чуточку раньше. И знала: она врёт. Она хочет вернуться, но почему то не может.

— Но почему? — господин Омул на миг отодвинулся и заглянул в её глаза, которые смотрели твёрдо и холодно. Вздохнул: — Я знаю, что сильно обидел тебя. Я был молод и поступил очень глупо. Но, Абигейл, я понял, что мне нужна только ты, и оставлю свою первую жену.

— Я никогда не вернусь к тебе, — повторила она холодно, делая вид, что не слышала признаний мага.

Наверное, я должна была промолчать. Но не промолчала, потому что знала, каково это, носить в себе страх, вгоняющий в панику.

— А чего или кого вы так сильно боитесь?

Абигейл вздрогнула и уставилась на меня так, словно только что увидела.

— Омул, а это кто такая?

И, могу поклясться, в её голосе звучала самая настоящая ревность.

— Это Олеся, — представил меня маг, не поворачивая головы. — Она помогла мне тебя найти. И она владелица трактира под стенами Ламана. Авдотья работала у неё…

— Ах, Авдотья, — протянула Абигейл, и её взгляд наполнился презрением. Губа непроизвольно дёрнулась, словно она увидела что то очень гадкое. — Выследил, значит…

— Абигейл, — резко перебил её господин Омул, — я хочу, чтобы вы с дочерью немедленно вернулись домой. Я настаиваю. Хватит бегать, Абигейл. Олья уже взрослая, и ты не можешь прятать её от меня вечно.

В этот момент я снова почувствовала знакомый поток панического страха, исходивший не от меня, а от Абигейл. Ощущение было очень странным, я словно начала воспринимать не мысли, а эмоции, причём только те, что выбивались из привычного ряда.

Но Абигейл быстро справилась с паникой и, царственно улыбнувшись, заявила магу:

— Почему не могу? Мне удавалось бегать почти двадцать пять лет. И я сделаю это снова, Омул. Даже если сейчас ты силой увезёшь меня в Гойю, я снова сбегу вместе с дочерью раньше, чем ты испортишь ей жизнь.

— Я не собираюсь портить ей жизнь, — горячо возразил маг. — Я люблю тебя, люблю свою дочь. И не понимаю, почему ты видишь во мне чудовище, способное навредить Олье.

Она на миг застыла, будто не поверив своим ушам, а потом рассмеялась, тяжело и безрадостно.

— Ты до сих пор так ничего и не понял, — она сделала шаг назад и прислонилась спиной к бревенчатой стене старой избушки.