Книга Семеро по лавкам, или "попаданка" во вдову трактирщика, страница 134 – Алёна Цветкова

— Да, госпожа Абигейл, — поддержал Олью Патрик, — мы пришли сюда не только увидеть моего отца и господина Омула, но и извиниться…

Он взглянул на меня и произнёс:

— Олеся, прости меня. Меня сбила с толку магия Ольи. Но я ошибся, когда посчитал, что ты моя суженая… — Он опустил взгляд на тёмную макушку и улыбнулся. — На самом деле мне нужна Олья.

Она подняла голову и улыбнулась ему в ответ, на миг осветив весь мир своим счастьем и любовью. А ведь ещё вчера они друг друга не знали. Вернее, поправила я себя, это он не знал. А она уже всё видела и всё знала.

— Ничего, я не в обиде, — кивнула я и искренне добавила: — Я рада, что вы нашли друг друга, и желаю вам счастья.

— Конечно, не в обиде, — насмешливо фыркнула госпожа Абигейл. — Ты, Патрик, отгрохал ей такие хоромы… Как ты вообще додумался до такого? Отдать столько магии в руки какой то трактирщицы! Она ведь даже распорядиться этим богатством не сможет. Создаст себе сотню изб и соберёт под одной крышей всю деревню.

Она и раньше мне не особенно нравилась, а уж после таких слов я решила, что не грех будет осадить высокомерную дамочку.

— Во первых, вы понятия не имеете, на что я способна, — усмехнулась я. — Это вы всю жизнь просидели в своей норе и ничего не видели. А я, благодаря вашей дочери, помню такое, чего в этом мире пока не существует. И, поверьте, смогу удивить интерьером даже Повелителя драконов.

— Ну, это ты чересчур оптимистична, — вставил свои пять копеек Патрик, но ни я, ни госпожа Абигейл на него даже не взглянули.

— Во вторых, я не какая то трактирщица, — продолжала я. — Я трактирщица, которая сыграла ключевую роль во всей вашей интриге. И улучшенный дом и трактир — это малая часть платы за неудобства, которые вы мне доставили.

— Но если бы я не вмешалась, — вскинула на меня глаза Олья, — ты уже умерла бы! Твой новый муж забил бы тебя до смерти через неделю после свадьбы!

— В третьих, — я слегка повысила голос, давая понять, что мне плевать на их оправдания, — я не намерена выслушивать оскорбления от той, которая заставила несчастную Авдотью бросить крохотного сына, угрожая дурацкой клятвой, чтобы было кому прислуживать вам и вашей дочери после побега. Вы причинили ей такую боль, которую невозможно описать словами. И это совершенно запредельная жестокость.

— Что ты вообще понимаешь?! — мне удалось зацепить госпожу Абигейл за живое, и её гнев вспыхнул, разгораясь, как свеча на ветру. — Ты ничего не знаешь ни про меня, ни про Авдотью, ни про Олива! Для него было лучше остаться, чем отправиться с нами!

— Мне достаточно того, что знаю, чтобы понять: из за вас Авдотья не видела, как растёт её сын. Как он делает первые шаги и взрослеет. Вы отняли у неё счастье быть матерью! И вам никогда и ни за что не рассчитаться перед ней за то, что она сделала ради вас!

— Замолчи! — рявкнула госпожа Абигейл.

Её лицо покрылось красными пятнами гнева, глаза пылали от ненависти ко мне, казалось, изо рта вот вот хлынет поток оскорблений, который, возможно, потопит меня с головой.

Но на мою удачу в этот момент хлопнула дверь наверху, кто то из моих гостей стал спускаться вниз.

— Что случилось? — господин Омул озабоченно оглядел наш «дружный» круг общения, пространство которого искрило от напряжения.

Сначала, увидев в трактире свою возлюбленную, он обрадовался. Но радость была недолгой.