Книга Любовь вне контракта, страница 36 – Tina Blad

Когда я наконец легла спать в своей комнате, меня начали мучить кошмары. Мне снился зверь, запертый в тесной, ржавой клетке. Огромное, некогда красивое чёрное животное рвало на себе кожу, клетку, пытаясь вырваться наружу, высвободить свою вторую ипостась. Его шерсть, когда-то лоснящаяся и блестящая, теперь была тусклой, свалявшейся, с проплешинами, обнажающими воспалённую, красную кожу. Я почти физически ощущала его боль — глухую, пульсирующую, невыносимую, — и его безнадёжное, отчаянное желание вырваться на свободу.

Я проснулась в холодном поту, дрожа и чувствуя, как сердце бешено колотится где-то в горле. В комнате было темно и неуютно, воздух казался ледяным, а кожа покрылась мурашками. Я боялась закрыть глаза — стоило мне опустить веки, как перед внутренним взором снова вставала та жуткая картина. Пришлось встать, на ощупь добраться до ванной и принять душ, надеясь, что горячая вода смоет липкий, давящий страх. Но он не уходил.

И тогда я решила пойти к своему фиктивному мужу. Я шла наощупь, потому что очки так и остались лежать на моей тумбочке, а в коридоре было темно, хоть глаз выколи. Но нужная дверь нашлась быстро — больше по запаху, который у меня всегда был весьма острым из-за плохого зрения, как и слух. Так что я дошла нормально, можно сказать, с закрытыми глазами, потому что в этой густой, непроглядной тьме всё равно ничего не было видно.

Когда я осторожно приоткрыла дверь, муж не спал — судя по размытым очертаниям, он сидел за столом и что-то внимательно рассматривал при свете магической лампы, отбрасывающей на стены длинные, пляшущие тени.

— Кэсс? — он удивлённо поднял голову, и в его голосе послышалась искренняя тревога. — Ты чего?

— Мне кошмары снятся, — пожаловалась я, чувствуя себя маленькой и глупой. Я не решалась переступить порог, словно это могло что-то изменить или нарушить хрупкую границу между нами.

— Что снится? — поинтересовался муж, вставая со своего места. Он бесшумно, с той хищной грацией, которая была свойственна оборотням, подошёл ко мне и заглянул в глаза, пытаясь разглядеть в темноте моё лицо.

— Зверь в клетке, — тихо призналась я, ощущая, как глупо это звучит. Я не думала, что настолько впечатлительная, но картина, увиденная во сне, всё ещё стояла перед глазами, пульсируя болью и отчаянием.

— Зверь? — у мужчины удивлённо расширились глаза, в них промелькнуло что-то странное, неуловимое. Что-то похожее на удивление, смешанное с внезапно вспыхнувшей нежностью, которая смягчила его резкие черты.

— Я хотела поспать с тобой, — смущённо призналась я, чувствуя, как к щекам приливает жар. Я отчаянно краснела, надеясь, что в полумраке он не заметит моего смущения. — Нам же нужно пропахнуть друг другом к завтрашней вечеринке.

— Надо, — охотно согласился мужчина, и в его голосе послышалась едва заметная, тёплая усмешка. Он бросил взгляд на стол, и я тоже посмотрела туда. Там, на тёмной деревянной столешнице, лежал какой-то потрёпанный, пожелтевший от времени пергамент, испещрённый странными, пугающими символами. Муж заметил мой взгляд и слегка напрягся.

— Это тот ритуал? — поинтересовалась я, стараясь рассмотреть его издалека, но в полутьме и без очков разобрать что-либо было невозможно. Я видела лишь смутные, извилистые линии, от которых по спине пробегал холодок.