Книга Снежный Лотос для Небесного Судьи, страница 51 – Ан Синьи

Я смотрела на свои запястья. Красные полосы от металла медленно бледнели. Моя ци, больше не сдерживаемая, радостно хлынула по каналам, наполняя тело теплом. Я подняла на Шан Гуаня глаза, не веря происходящему.

— Вы… освобождаете меня?

— Я снимаю кандалы, – поправил он. – Ты доказала, что не сбежишь и не предашь. Эти железки больше не нужны, они лишь мешают твоему дару.

Шан Гуань взял браслеты и сжал их в кулаке. Металл заскрипел и смялся, превратившись в бесформенный комок.

— Но ты остаешься в Облачной Резиденции, – добавил он твердо. – Как моя жена и как мой алхимик. Если «Господин Зеркал» захочет закончить начатое, он придет за нами обоими.

— Я никуда не уйду, – сказала я. – Мне еще нужно вылечить вашу головную боль окончательно.

Шан Гуань искренне улыбнулся уголками глаз.

— Ловлю на слове. – Он направился к двери. – Отдыхай. Вечером я пришлю портных. Жене Небесного Судьи не подобает ходить в тряпье.

Когда дверь закрылась, я откинулась на подушки, чувствуя, как по щеке катится слеза. Я была свободна впервые за всю жизнь. Мой муж оказался не чудовищем, а воином, который умеет признавать ошибки. И кажется, топор войны закопан. Но началась другая борьба – с тем, кто смотрит из зеркал, и здесь мы с Шан Гуанем будем стоять спина к спине.

Я потерла запястье, где больше не было металла. Садовники хотели сделать нас всех удобрением. Что ж, пусть попробуют, у сорняков – крепкие корни, а у льда – острые края.

Тишина в покоях Небесного Судьи была иной, чем в Бамбуковом Павильоне. Там она казалась пустой и звонкой, как брошенный дом. И таковой была, ведь Бамбуковый Павильон действительно брошен всеми. Здесь же она ощущалась плотной, бархатной, пахнущей сандалом, старыми книгами и едва уловимым ароматом снега.

Поджав под себя ноги, я сидела на краю огромной кровати и смотрела на свои запястья. Кожа была бледной, с тонкими розовыми полосками, которые оставили браслеты из звездного железа. Я провела пальцем по этому следу, не почувствовав ни холода, ни тяжести, как за последние пару дней их ношения. Моя ци текла по меридианам свободным ласковым ручейком, согревая тело. Впервые за долгое время я чувствовала кончики пальцев как часть себя, а не как онемевшие ледышки с закупоркой на концах. Шан Гуань дал мне свободу просто так, без условий и контрактов, подписанных кровью.

Медленно откинула одеяло и тихо ступила на пол босыми ногами. Покои были разделены на несколько помещений. Вошла в служебные покои Шан Гуаня, который, укрывшись плащом, спал на скамье, не подходившей под его рост. Ноги так и норовили сползти вниз.

Великий Ледяной Дракон, кошмар преступников и надежда Империи, уступил свою кровать больной жене, а сам в это время ютился на крохотной скамье на своем рабочем месте. Во сне его лицо утратило ту жесткость, что делала его похожим на безжизненную статую. Исчезла складка между бровей, обычно сжатые в тонкую линию губы чуть расслабились.

Он был красив. Пугающе, нечеловечески красив. Длинные черные ресницы отбрасывали тени на высокие скулы, рассыпавшиеся по подушке волосы напоминали чернильные реки на снегу.

Но даже во сне он страдал. Я видела, как под его кожей пробегает едва заметная дрожь. Иней то появлялся на его висках, то таял, превращаясь в бисеринки пота. Его грудь поднималась неровно и с хрипом.