Книга Эра белого орлогрифа, страница 3 – Анюта Соколова

Кладовщик брезгливо отбросил бумагу и ушёл в кладовую, без всякого стеснения громко возмущаясь вслух:

— Великая Тьма, дожили! Хаотики на практике! Давно ли их усыпляли, словно двухголовых ягнят, и вот тебе, пожалуйста! Что дальше? Начнём принимать в общую школу бестий?

Я спокойно изучала перечень стандартного набора практиканта в рамочке на стене. И когда получила пакет, не поленилась проверить сроки годности на пайках.

— Ещё глядит! — скривился кладовщик. — Знал бы, не выбрасывал просрочку! Всё равно тебя сразу же схрумкают, добро пропадёт!

— А вдруг я доживу до вечера? — спросила я весело. — Что ж мне, целый день от поноса страдать?

Он не нашёлся, что ответить, и выдал мне новенькую чёрную форму и рюкзак. В общежитие я возвращалась победительницей. Не испортила настроения даже оживлённая стайка девушек перед входом, которая как по команде дружно отвернулась и предпочла меня «не заметить». У себя я с облегчением выдохнула. Мне не приходилось делить комнату с соседкой: никто не хотел жить с ущербной.

Можно до хрипоты кричать на каждом углу, что хаотики не заразные, толку не будет. Да и потом, что бы я стала делать в компании нормальных людей? Их возможности мне не доступны. Я не трансформирую предметы, не переношусь в пространстве, не обладаю сумеречным зрением, не создаю красивых иллюзий, не превращаю тьму в свет и наоборот. Энергия во мне есть, но она выплёскивается крайне редко и бесконтрольно, независимо ни от желания, ни от эмоций.

Таких, как я, — полпроцента на весь Ашинор. И если раньше нас считали бесовским порождением, то спустя полтора века после принятия закона Бризара Тринадцатого хаотику наконец-то позволили учиться в общей школе. Хотя благо ли это? У меня в аттестате оценки строго делятся на «отлично» по теоретическим предметам и «удовлетворительно» по всем остальным. Неуды мне ставить не за что: на уроках я присутствовала, слушала внимательно и все способы преобразования энергии знала назубок. Толку-то! Всё равно как глухой человек выучит изображения нот: петь они ему не помогут. Но от глухого не требуют исполнять оперные арии, а к хаотикам вроде бы следует относиться как к полноценным людям, никаких поблажек.

Первым делом я примерила форму и поняла, что придётся подгонять её по размеру. Изменить вещь одним щелчком мне не дано, нужны навыки шитья. К счастью, не всё в нашем мире создаётся при помощи энергии, что-то ещё и руками делается. У состоятельных людей особым шиком считается прихвастнуть: мол, моя одежда сшита вручную, и упиваться заслуженными ахами и охами. Вручную — значит, на порядок дороже, не всем по карману. Преобразование даёт идеально ровные строчки и одинаковые стежки. Ручная работа всегда видна, её не подделаешь. Были попытки при преобразовании специально сохранять погрешности, но успехом не увенчались. Энергия стремится к абсолютному порядку. Я утешила себя мыслью, что моя стандартная полевая форма, одинаковая и для парней, и для девушек, теперь превратится в дорогую штучную вещь.

Прежде чем сесть за шитье, я собрала рюкзак. Конечно, это не безразмерный пространственный карман, но и в нём использовано сжимающее материю преобразование. Вмещает он в десять раз больше, чем кажется с виду, и при этом весит в те же десять раз меньше. К набору практиканта я добавила личные вещи: механические часы, вечный фонарик и собственного изготовления травяные микстуры, действующие не хуже целительской энергии. Вряд ли кто-нибудь захочет залечить мои синяки и ссадины. Из тех же соображений я заранее запасла обеззараживающие таблетки и питательные батончики. Весят они немного, а продержаться позволят месяц, если не больше. Ведь ни высушить дрова, ни разжечь огонь, ни опреснить воду я не могу, а рассчитывать на кого-либо не привыкла.