Книга Целительница. Печать забвения, страница 28 – Анна Дант

— Да боже! - зашипела рассерженной кошкой, отшатываясь подальше от забора.

— Ты, внученька, поменьше удивляйся, - усмехнулась травница. – Обычная ограда от зверья удивила? Или сторожки не видела? В деревне, Милена, об этом каждый ребёнок знает.

Испуганно глянув на женщину, промолчала.Удивительно, что Ведана тоже не торопилась узнавать обо мне что-то ещё, хотя явно о чём-то догадывалась.Вряд ли, конечно, в её голове возникала мысль, что я из другого мира. Но и сказочка о том, что бабушка меня всякому учила, не зашла.

Дом…Если не знать, что здесь живут, то сторожка казалась заброшенной. Приземистый, кособокий сруб с просевшей на одну сторону крышей. Брёвна потемнели и покрылись зелёным мхом. Парочка окон покрылась толстым слоем грязи.

— Идём, не боись, - усмехнулась Ведана, одной рукой отпирая крепкий засов. Дверь жалобно скрипнула и немного приоткрылась. Поморщившись, травница запустила руку в появившуюся щель и чуть напряглась, словно сдвигала что-то.За дверью что-то глухо щёлкнуло. Со скрипом дверь распахнулась дальше криво повисая на давно прогнивших петлях.

— Так нельзя жить, - буркнула я, невольно вдыхая запах сырости и затхлости. – Может, оставим дверь открытой пока? Проветрим.

— Оставляй. Вряд ли кто-то сюда придёт, - махнула рукой женщина. – Я пока лучину найду.

Ведена хорошо ориентировалась в тёмном домике. От распахнутой двери внутрь помещения падало довольно мало света. Но он травнице и не нужен был. Пройдя вперёд, Ведана запнулась за что-то, беззлобно выругалась и прошла дальше. Через несколько секунд сторожку озарил тусклый свет от лучины.

— Держи, сейчас ещё свечи найду. – Ведана передала мне лучину и вздохнув, отправилась дальше обследовать дом Зуя. – Совсем из ума выжил.

Найдя пару свечей, Ведана вернулась ко мне, поджигая от лучины свою находку. Сторожка наконец озарилась светом.Я же, проморгавшись, принялась с любопытством осматриваться.Сторожка довольно маленькая. На вскидку квадратов пятнадцать. Печи не было, зато был довольно большой камин, над которым приделаны металлические прутья, а на прутьях чугунок. Рядом с камином охапка дров, чуть подальше топчан прямо на полу. Посреди сторожки – довольно большой стол с парой грязных мисок на углу и девственно чистой серединой. У стены – несколько сундуков, а над сундуками полки с мешочками. С другой стороны стола пара грубых, наспех сколоченных стульев.

— Я не понимаю, - тихо прошептала, оглядываясь.

— А что тут понимать? - усмехнулась женщина. – У Зуя каждый день как последний. Всё просто. Дров на одну ночь, посуду моет только перед тем, как еды наложить.

— Словно каждый день жизни он буквально вырывает из себя, - покачав головой, я ещё раз оглядела сторожку.

— Думаю, так и есть. Он каждый день старается найти в себе силы жить дальше.

Вздохнув, закусила губу. Человека жаль до ужаса, только вот чем я могла ему помочь?Не верилось мне, что Никита Зуй на самом деле убил свою семью, а после и болтливого соседа. Разве убивался бы он так после этого? Не думаю.Мне ближе вариант с магией. Может, потому что всё, что произошло со мной имеет магическую подоплёку, а может потому что мне хотелось верить в лучшее.

— Может, прибраться здесь? - неуверенно спросила, поглядывая на Ведану. – Не будем же мы просто сидеть.