Книга Астра. Исцеление любовью, страница 15 – Анна Дант

Пока жарилась картошка, нарезала тонкими ломтиками ветчину и свежего, белого хлеба.

Глаза Кита загорелись, когда он увидел хлеб и мясо. Это была редкость в доме Василия. Не потому что жадный. Точнее, бывший муж был жадным, но это не причина, почему такие продукты отсутствовали на столе.

Здесь, в Боровиках, люди жили как-то сплоченнее что ли… На моей памяти и драк-то особо не случалось, если только два пьяных друга что-то не поделили. Да и старостами всегда выбирали деятельных мужиков. Вот прошлый староста и предложил построить мельницу, а поля засеять пшеницей. Потом кто-то увидел, как в соседнем городке коптят мясо, и предложил такую новинку односельчанам.

В деревне Василия мельницы не было, а пшеничная мука стоила в разы дороже ржаной. Так что, покупали муку и пекли ржаной хлеб. А о копчёностях там вообще, наверное, никто не слышал. Просто солили сало и мясо, чтобы положить на хлеб.

— Потерпи немного, улыбнулась я. — Сейчас уже будем кушать.

Пока картошка доходила, я решила кое-что проверить. Бабушка не одобряла воду в доме, поэтому мылись мы всегда в бане. И теперь мне интересно, в каком она состоянии. Уберегла ли бабушка и её так, как дом.

Уберегла… Я вдохнула запах детства и на мгновенье прикрыла глаза, представляя себя маленькой. Горячий пар, прохладную водичку и берёзовые веники. И я, маленькая, сижу на лавке, вдыхая запах трав, отваром которых бабушка поливала камни.

Приходя в себя, тряхнула головой. Это не я была — Астра. Но её воспоминания ощущались как моими. Не просто воспоминания, а те чувства, которые она тогда испытывала.

Накидав в печку дров, я подожгла кору и прикрыла дверцу. Пока мы будем кушать, банька нагреется. Протапливать до нестерпимого жара я её не собираюсь. Нам бы просто помыться.

Вернувшись из бани, я быстро разложила картошку по тарелкам и налила молоко.

— Идём кушать, — позвала Кита, который ходил по комнатам, разглядывал, щупал…

Ребёнок уселся за стол и охотно взял ложку, торопясь приступить к еде. Глазёнки жадно сверкали, глядя то на картошку, то на хлеб, то на мясо.

Именно в этот момент я поймала себя на мысли, что сделаю всё, лишь бы этот рыжеволосый мальчик был счастлив.

Мыться в бане было для Кита не в новинку. Но раньше это было буквально по праздникам. Поэтому сегодня я не торопила мальчишку. Пусть наслаждается жаром, тем более жар слабый.

Пока Кит отдыхал, я вернулась домой и накидала углей в утюг. Мне хотелось сделать для ребёнка всё, чтобы он чувствовал себя хорошо и уютно.

Стянув с кровати простынь, я прошлась по ней утюгом. Да, тепло она не сохранит, но горячий металл смягчит жесткий лён.

Подготовив чистую одежду, сбегала в баню и поторопила мальчишку. Завтра довольно сложный день. Впрочем, не только завтра. Нам придётся постараться, устраиваясь на новом месте. О том, что было буквально вчера, старалась не думать.

— Пей молоко, — протянув Киту кружку, села на край кровати, поправляя одеяло. — И ложись спать.

— Ты со мной ляжешь? — с тревогой спросил мальчишка.

— Нет, милый. Я тоже хочу сходить в баню, а потом буду готовиться к завтрашнему дню. Ты помнишь, что мы завтра идём в лес?

— Помню, — рыжая головка кивнула. — А потом? Ну, когда всё сделаешь?

— Нам не хватит тут места, но я никуда не уйду, буду спать в соседней комнате. И, если тебе станет нестерпимо страшно, то просто приходи ко мне. Договорились?