Книга Астра. Исцеление любовью, страница 3 – Анна Дант

Я не успела…

Там, на Земле моя жизнь оборвалась по нелепой случайности. Я слишком близко подошла к краю платформы в метро, кто-то случайно толкнул. Не удержавшись, упала на рельсы. Последнее, что увидела, был приближающийся подвижной состав.

Я распахиваю глаза и тихонько вздыхаю. Кит ещё спит, спокойно сопя. Спина болела меньше, а жара и вовсе практически не было. Лишь небольшая ломота в теле.

Откинув одеяло, я встаю и делаю несколько шагов. Качает от усталости и голода, так что мне просто необходимо подкрепиться. Переодев сорочку, выхожу из комнаты и аккуратно прикрываю за собой дверь.

На кухне бардак. На столе миски с засохшей кашей и воткнутой ложкой. Кит пытался это есть? Ужас… Дома прохладно, так что первым делом растапливаю печь. Дров ещё немного есть, а потом Кит сбегает в дровник. Надо что-то приготовить.

Нахожу в сенях несколько картофелин и, только обмыв, закидываю в глиняный горшок. Сварю так. Зарубить и ощипать курицу у меня просто не хватит сил. Позже отправлю мальчишку, пусть соберёт яиц, сколько найдёт.

— Мама! — крик из спальни заставляет вздрогнуть

Подойдя к двери, приоткрываю с улыбкой.

— Я здесь, всё хорошо. Вставай, скоро будем кушать. Только тебе надо сходить в дровник и курятник.

Мальчишка мигом вскакивает и бросается вон из дома, торопясь выполнить поручение. Радуясь, что он не один. Вскоре возвращается, держа в руках штук пять яиц.

— Больше нету, — расстроенно бормочет Кит, отводя взгляд. — Я всё съел.

— Ничего, этого хватит, — треплю мальчишку по рыжим волосам. — Беги за дровами, а я сейчас яйца пожарю.

Ставлю на плиту чугунную сковородку, смазываю её свиным жиром. Масло давным давно уже закончилось, а Василий не спешит пополнять запасы. Впрочем, он практически не живёт дома. Приходит только воспитывать…

Полагаю, где-то в деревне у него завелась любовница. Что же, мне лучше. Никто не пытается задрать подол, требуя исполнения супружеских обязательств.

Как только жир на сковороде начинает шкворчать, я разбиваю яйца и, чуть присолив, прикрываю крышкой. Пару минут и яичница будет готова, а там уже и картошка сварится.

— Иди, мой руки и садись за стол.

Кидаю старую деревянную доску на стол и ставлю сковороду прямо на неё. Сполоснув вилки, кладу рядом.

Ставлю на плиту чистый горшок и наливаю в него воды. Где-то у нас ещё оставался чайный сбор, он придаст сил.

Кит садится за стол, но к вилке не притрагивается, жадно глядя на яркие желтки.

— Почему ты не ешь? — хмурюсь, глядя на ребёнка

— Там мало совсем, а тебе надо много кушать, чтобы быстрее выздороветь, — бормочет мальчишка, сглатывая слюну. У него отчётливо бурчит живот.

— Не говори глупости, — протягиваю вилку и откладываю свою. — Ешь, силы нам всем нужны. На двоих здесь вполне хватит.

Мальчишка набрасывается на еду, обжигаясь.

— Не торопись, — улыбаюсь я. — Кушай спокойно.

Но мальчишка смотрит на меня диким волчонком и торопливо жуёт.

Я лишь вздыхаю.

Сложно объяснить мальчишке, что нужно есть медленно, тщательно пережевывая пищу. Особенно, если все семь лет жизни только и делали, что торопили. Не успел за пару минут? Пошел вон из-за стола. А если попросишь что-то, то мигом подзатыльник прилетит.

Астра по началу защищала сына, вставала между ними. Каждый раз слёзно умоляла не трогать ребёнка. Но разве садиста разжалобишь? Наоборот, слёзы и страх Астры питали Василия.