Книга Конец партии, страница 54 – Мария Самтенко

Собравшись с силами, я заканчиваю утрамбовывать снег. Теперь это ровный круглый снежок, а неаккуратная гора вроде тех, что образуются на обочинах к февралю. Обхожу ее по кругу и, убедившись, что нигде не видно металла, я подхожу к Илеане.

— Закройте глаза, Ольга.

Послушно опускаю веки, хотя и не представляю, зачем. Видимо, среди магов крови не принято лечить, когда на тебя кто-то смотрит. А, может, Илеана боится, что я приму ее за вампиршу?

Легкое прикосновение к носу — на секунду становится щекотно, так, что хочется чихнуть, но потом все проходит.

— Готово. Я остановила кровотечение. Можете открывать глаза.

— Спасибо! — тянусь к верхней губе и ощупываю тонкую, осыпающуюся под пальцами корочку. — Как вы так быстро?..

— Я много лет замужем за человеком с гемофилией, — отвечает Илеана с едва заметной грустью. — Теперь пойдемте, не будем терять время.

Она берет сумку и выходит на трассу, не оборачиваясь и не думая о том, чтобы дождаться меня. Шагает так быстро, что приходится догонять, — и некоторое время главной моей задачей становится следить за тем, чтобы огромные трофейные ботинки не свалились с ног при ходьбе.

Потом императрица выдыхается. Замедляет шаг, позволяет догнать, и, явно преодолевая неловкость, заводит разговор о планах на ближайшее будущее.

Что ж, я совершенно не против обсудить это еще раз. Лучше разговаривать конструктивно, чем дуться из-за перепадов настроения у беременной женщины. Тем более, что планы у нас все равно дырявые и состряпанные на коленке, так что не мешает подшлифовать.

Если коротко, то мы с Илеаной, конечно же, не собираемся возвращаться обратно в Германию. Да нас элементарно никто туда не пропустит!

Но и во Франции оставаться опасно — в нашем мире Гитлер захватил ее за считанные недели, и что-то я сомневаюсь, что в этом он провозится намного дольше. Да, сейчас Рейх вынужден воевать на два фронта из-за нашего наступления через Польшу, но это не делает Париж безопасным местом!

Зато беженцев сейчас много, и среди них легко затеряться. Поэтому сейчас мы вернемся в Мец, попробуем выйти оттуда на связь с кем-нибудь из России, попутно решим вопрос с документами и двинемся в Лондон. Там еще должно быть сравнительно безопасно, и нас, скорее всего, смогут забрать оттуда домой. Плохо представляю, каким образом, но ладно — потом разберемся. Это задача максимум, а задача минимум — хотя бы предупредить наших близких.

Почти всю дорогу до Меца мы стоим планы и пытаемся предугадать трудности, забыв про усталость. Вежливо отмахиваемся от останавливающихся рядом с нами водителей — а то мало ли, кто захочет нас подвести — а, проходя по мосту через реку, выкидываем документы наших похитителей. То, что удается порвать, рвем, а остальное я запихиваю в специально прихваченный для этих целей ботинок.

Утопив ботинок, мы устраиваем небольшую паузу на отдых и снова направляемся к городу.

— О, кстати! Ваше величество, я все хотела спросить, а как наши похитители прошли через государственную границу? — вспоминаю я. — Неужели французам нормально, когда к ним привозят кого-то в багажнике?

Императрица отвечает усталой улыбкой:

— Ольга, вы, очевидно, забыли, что Рейх и Франция находятся в состоянии войны. Таможни сейчас не работают, французы отступили на линию Мажино. А там… о, уверяю вас, это нужно видеть!