Книга Жаркий инструктор, страница 18 – Елена Волкова

Прячусь за огромную дверь, за выступ. По крайней мере, ноги не видно. Машина подъезжает раньше времени. Я вижу номер, но водителя на территорию не впускают. Машу рукой и бегу. Пока бегу, он удивленно рассматривает мои запачкавшиеся носки.

— Извините, — бурчу, влетая на заднее сиденье. — Можно поскорее поехать, — прошу.

Молча садится и, наконец, вжимает педаль в пол.

Выдыхаю с облегчением. Позор закончился.

Прижимаюсь к окну, даю волю слезам.

Ну что, Дунечка? Нарисовала себе кисельные берега и молочные реки. Теперь утони в них, захлебнись до пузырей из носа. Как была одна, так и останешься и никаких тебе пряников в шоколаде.

Все. Надо прийти в себя и считать все дурацким приключением. К чертовой бабушке пошло оно!

Я всегда одна и буду одна дальше. Каждый день борьба, каждый день революция. Сама себе воин, сама себе вождь и сама себе оружие. Пока неудачное, пока холостое, но оружие.

Никого не надо. Сама проживу.

— Семьсот пятьдесят. Указан расчет наличный.

Протягиваю восемьсот.

— У меня сдачи нет.

Сжимаю зубы, от души хлопаю дверью. У таких, как он никогда нет. Есть у него все. Просто жизненный принцип такой или я невезучая.

— Лекс, — тянет слова, соблазнительно поглядывая, — может все же массажик. Я могу тебе каждый вечер делать, — с намеком.

Заебала.

Вот так грубо. Заебала!

Я ничья не собственность ни разу. Какого черта меня все время пытаются прибрать к рукам, у меня вид просящегося в семью или может на лбу написано, а я не вижу.

— Прекрати, — морщусь. — Жопа слипнется от каждого вечера.

— Не груби, — морщит носик. — Не выражайся площадно.

— Слушай, — меня начинает доставать ситуация. У меня там девочка напуганная сидит, судьбой которой я вдруг озаботился. — Тебе домой не пора?

Начинает нервничать сильнее.

Ломает тонкие изящные пальчики, крутит кольца. Замечаю на безымянном кольцо, которое в припадке благодушия купил на очередной праздник. Точнее, она именно такое выпросила. Вопрос в том, что палец был другой. Не безымянный. Охренела что ли совсем, что за провокации?

Жениться не собираюсь.

— А ей? — тщательно скрывает ярость. — Или я уйду, а поломойка продолжит наводить порядок? Лекс, что ты делаешь? Мы на презентации салона появляемся как пара. Будут журналюги, ты хочешь все испортить?

— Это твои салоны, — цежу. — Я же площадный, что ты в меня вцепилась?

Грубо. Плевать.

Подходит ближе. Блядь. Вот не надо сейчас ко мне прижиматься. Я не готов.

Духи раздражают. Бесят! Можно мне назад вернуть запах обычного геля из сетевого магазина бытовой химии, он сейчас для меня гораздо милее и приятнее.

— Ты можешь быть другим, кладет голову на плечо, — я знаю.

— Кувалды другими не бывают.

— Прекрати, — чуть заметно снова морщится. — Круче тебя нет никого. В тебе все так. Ты известен, у тебя свои залы, у тебя контора с охраной. Все хорошо.

— То есть по параметрам светского общества подхожу. Я в душе гопник, им и останусь. Поняла? Я объяснял уже.

— Нет-нет-нет, — закрывает уши. — Все. Я забыла про поломойку. Не будем все рушить. Если ты сегодня не расположен, я уйду. Но будь добр, выброси дворняжку тоже. Прекрати ломать то, что мы долго строили.

— Ты строила, — говорю правду. — Это твоя история. Я сразу был честен.

— Нуу, — выпячивает губы. — Вижу реально сегодня у тебя плохой день. Давай позже поговорим. Ты успокоишься и …