Книга В аду нам не рады, страница 49 – Сергей Жарковский

— Да не в кошмарах дело! — сказал Зубарёв, выпрастывая голову из ошейника чудовищного водолазного свитера, всегда свежестиранного и всегда разящего псиной. — Не в кошмарах дело. Дело в том, что я давно уже не понимаю, сплю я или не сплю.

— Нам всем надо держаться. Нет у нас подмены.

— «Всем» ... То есть вам — и мне. Больше я что-то никого тут не вижу... Зачем вы сняли охрану, Кирилл? Почему мы с вами теперь вдвоём на всём этом объекте? Почему здесь не как на «восемнадцатом»? Ладно... — сказал он, застёгивая ремень на джинсах. — Чтоу вас там стряслось? Рассказывайте, товарищ начальник объекта особой секретности. Куда едем?

— Да пятнадцать километров тут.

— «Старая четвёрка»? «Девяносто первая»?

— «Девяносто первая».

Зубарёв зачем-то сходил в кладовку, затем они вместе поднялись в шлюз. Зубарёв открыл шкаф и стал надевать полушубок, мотать шарф, надел шапку и в оконцовке, стоя в тапочках, вдруг задумался над валенками и разноцветными «дутышами» — подарком Житкура. Житкур запирал «по-боевому» внутреннюю дверь и молчал. Зубарёв выбрал «дутыши» — самое скользкое, что только можно было придумать. Житкур не стал его отговаривать, включил сигнализацию, включил мины, и они вышли наружу.

— От-такот-ка! — сказал Зубарёв, обозревая ледяные просторы, словно впервые сегодня. — В хоккей играют настоящие мужчины. На коньках-то я не умею. И уже поздно. Но раздолье какое, а!

— Вы хоть завтракали, Леонид Юрьич? Только не врите.

— Во мне ничего не держится. Я отвык есть. Не хочу. Поехали?

Они покатились, и Зубарёв сразу грохнулся. Житкур стал ему помогать и тоже грохнулся. ППШ, сорвавшись с плеча, со звоном кочерёжным заскакал по льду.

— Поедем не сразу сейчас. Сейчас я сяду на связь, а вы поедите, — сказал Житкур, глядя в бегущее небо. — Я старался, готовил.

— В американских боевиках отцы-командиры ещё говорят своим наёмникам: это приказ!

Житкур перевернулся и встал на карачки.

— Я ж вам не нянька, Леонид Юрьич, — сказал он. — Что вы как баба, в самом деле? Давайте вы лучше будете сумасшедшим учёным каким-нибудь?

Зубарёв рассмеялся и начал ворочаться, вставая.

— Ветеринарный доктор Мабузе! — сказал он, дойдя до позы «на низком старте».

— Хотя бы и Мабузе. Всё лучше, чем такая вот лапша. Да вставайте вы! У нас там куриный суп горячий.

— Интересно было бы разморозить одну тушку и отнести на «Поле». На второе, например, чтобы подальше и почище... Фотокамеры надо нам ставить, вот что, шеф. Автоматические. В Средней Ахтубе очень приличная зоостанция, у них наверняка есть хотя бы одна. Знаете, такие, на движение реагируют? Или просто по таймеру можно.

— А раньше вы сообразить не могли? — спросил Житкур с досадой. Идея была замечательной. — Неделю назад? Когда я заказ по техобеспечению ещё не отправил на будущий год? Да держитесь вы за меня!

— Годовые заказы — херня собачья. Тут каждую неделю надо. Парашютами сбрасывать. И надо было давно самим взять хороший человеческий труп. Не ждать у моря погоды... Там труп свежий был? Новопреставленный? Солдатик какой?

— Нет информации. За ней и едем.

— Карантин хоть ввели?

— Вот сейчас займёмся.

— А свидетелей в болото.

— Здесь нет болот.

— Да как это нет, шеф, тут ериков одних... Всё хорошо у нас тут с болотами.

В домике они разделились. Зубарёв отправился на кухню, а Житкур — в свой бетонно-армированный кабинет (вокруг него и был построен остальной домик). Ему предстояло сделать нечто необычайное, обдумываемое все эти полчаса возни с истериком Зубарёвым.