Книга Мы – инопланетяне. Книга 7, страница 44 – Юрий Тарарев, Александр Тарарев

Повернув голову к камере, Пётр тихо, но чётко сказал:

— БИС, я отключусь на некоторое время. Меня не беспокоить. Курс прежний.

— Слушаюсь, главнокомандующий. Отдыхайте, вы блестяще провели операцию.

От этих слов Пётр ощутил лёгкое тепло в груди. Он знал, что БИС – всего лишь ИИ, но в нём уже давно скопился некоторый эмоциональный отклик. Это было приятно, как получение негромкой, но искренней похвалы.

— Мы провели, БИС, мы, – поправил Пётр, подчёркивая командную работу.

— Спасибо за высокую оценку моих способностей, – отозвался БИС, и в голосе даже показалось чуть больше жизни, чем можно было ожидать от искусственного интеллекта. Но Пётр не стал развивать тему, он был слишком сконцентрирован на предстоящей работе.

Он закрыл глаза ментально, без слов, связался с Соласом, своим таинственным наставником и союзником. Ответ пришёл мгновенно, словно Солас только и ждал сигнала:

— На связи, Посредник.

Пётр слегка улыбнулся. В тишине своего отсека он позволил себе каплю спокойствия.

— Солас, я готов к сканированию.

Голос Соласа прозвучал мягко и уверенно, как будто он уже предчувствовал тревогу Петра:

— Хорошо, Посредник. Расслабься и открой своё сознание. Не волнуйся, у меня уже имеется опыт подобного сканирования.

Пётр раздражённо фыркнул: ему не нравились долгие предисловия. Он прошёл через бой, контакт с Озами, а теперь не мог терпеть лишних слов:

— Приступай уже, хватит успокаивать… – его голос прервался. В следующее мгновение он погрузился в глубокое отключение сознания.

Солас не стал терять времени. Он осторожно и предельно деликатно, коснулся сознания Петра тысячью энергетических рецепторов. Ему сразу показалось этого мало. Прежний опыт подсказывал, что сознание Посредника очень сложное, нестабильное. Он сформировал ещё несколько тысяч рецепторов, как тончайших ментальных щупалец, и очень медленно начал сканирование.

Он помнил прошлый опыт, когда мозг человека был хрупким и любое резкое вмешательство могло причинить ущерб. Но на этот раз Солас сразу отметил: хрупкость исчезла. Мозг Петра не был таким, как прежде. Теперь это было компактное, устойчивое хранилище информации, мозг стал подобен кристаллу, а не студню. А сознание напоминало сознание Молторанцев.

Солас замер от удивления. Как же это получилось? Соприкасаясь с Озами, сознание Посредника так изменились?!

«Ну а чего я хотел?» – мелькнула мысль Соласа. – «Я сам же его трансформировал. Теперь у меня есть возможность исследовать его глубже, ведь это первый опыт такого порядка во вселенной.»

Солас продолжал сканирование, осторожно перебирая нити сознания Петра. До сих пор всё было ровно и предсказуемо, информация не расходилась с тем, о чём говорил сам Посредник. Но вот он добрался до странного участка памяти, который, словно скрытая комната, выделялся среди остальных структур. Там, где остальные зоны светились беловатым, согревающим теплом, этот участок пульсировал едва заметным голубоватым мерцанием, холодным и отчуждённым.

«Что это?» – Солас мысленно дрогнул. Он помнил свой прошлый опыт лечения Петра после столкновения с разведчиком Озов: тогда этого участка не было. Это значит, что он появился недавно, возможно, после последнего контакта. Волнение пробежало по его сущности, как резкое понижение температуры. Было ясно, что это нечто чужеродное, несущее энергетику Озов.