Книга Мы – инопланетяне. Книга 9, страница 77 – Юрий Тарарев, Александр Тарарев

Эрг не стал сомневаться: его корабли развили максимальную скорость, устремившись к Солнечной системе. Краем сознания он отметил плачевное состояние флотов Ранта, но это лишь подогрело решимость. Сознание Эрга, как и у других Чкинов, Озы перестроили бесповоротно – никакие эмоции не мешали ему бросаться в бой.

Вражеский космос ожил: вспышки двигателей, переливы защитных полей и хаотичные сигналы радаров напоминали танец огня и света на фоне чёрной бездны. Несмотря на опасность, витало ощущение, что исход сражения ещё не предрешён. Даже тяжело повреждённый флагман Ранта сопротивлялся, а фланговые корабли уже вели бои в глубине системы людей.

Сам Рант, раненый, но не побеждённый, всё ещё видел шанс прорваться и одержать долгожданную победу.

* * *

Арест с вниманием следил за манёврами Чкинов на флангах. Он понимал, что полноценно отбросить их корабли там не удастся, и принял непростое решение: позволить вражеским группам прорваться вглубь системы, надеясь, что с ними сумеют разобраться флоты Адлат. Внутри Ареста всё протестовало против такого шага, однако здравый смысл брал верх – он знал, что настоящий удар будет направлен по центру, а значит, именно там ему предстоит дать Чкинам отпор.

И вот ожидаемый момент настал. Массивные корабли Чкинов, выстроившись в атакующую формацию, начали стремительное сближение с позициями Ареста. От предвкушения скорого залпа у него едва заметно задрожали руки. Накопители гравитационной установки полны до краёв – он специально дождался подхода врага на оптимальную дистанцию, чтобы ударить с максимальной силой. На мостике стояла напряжённая тишина, лишь кое-где слышался треск оборудования и короткие реплики операторов, сверяющих расчёты.

— Огонь! – выдохнул он в решающий миг.

Мгновением позже пространство взорвалось силовыми импульсами. Казалось, сама ткань космоса дрогнула под гравитационным ударом. Колоссальная невидимая волна прошлась по флоту Чкинов, словно сминая и отбрасывая их корабли далеко назад. На экранах вспыхивали красные сигналы повреждений, регистрируя потерю связи с целыми эскадрами вражеских судов. Потери Чкинов выглядели значительными, если не сказать критическими. Арест испытал короткий прилив облегчения и почти торжествующую радость, но тут же скривился, увидев, как на тактической схеме проявляется новые засечки.

Неожиданно следом за разбитым центральным флотом возник ещё один флот противника, который шёл на большой скорости, явно намереваясь воспользоваться моментом, пока гравитационная установка людей бездействовала, накапливая энергию. Сердце Ареста ёкнуло. Он быстро прикинул оставшееся время до полной перезарядки: накопители почти опустошены, и, даже если гнать генераторы на запредельном режиме, к подходу врага запас энергии будет слишком мал. Его руки на мгновение сжались на панели управления так, что костяшки побелели.

— Чёрт возьми, – пробормотал он вполголоса. – Слишком рано. Но пропускать их нельзя.

Повернувшись к операторам, он повысил голос, стараясь сохранить твёрдость и уверенность:

— Давайте задействуем всё, что осталось в накопителях! Если не отбросим их, то хотя бы задержим и дезориентируем.

Операторы, взглянув на него, прочли в глазах Ареста решимость – слова командира будто подстегнули их. Слышалось, как гудят и стонут перегруженные системы, как технические команды судорожно вводят новые параметры, выжимая из оборудования последние резервы. Всё внутри мостика вибрировало от напряжения – казалось, что между людьми и техникой возникла общая пульсирующая связь, объединённая одним желанием: остановить врага.