Книга Расслоение, страница 139 – Nezloi

Назвался старик, словно рентгеном сканируя наши лица, особенно его внимания привлек Каштанка, точнее, его татуированные кисти рук. Видимо, наш карманный вор в законе как-то не вписывался в компанию, Генадий Захарович нахмурился, видимо силясь составить не противоречивую картинку. Но шуба и интеллигентное лицо Гоголя, приблатненая рожа и татуировки Каштанки никак не сочетались, и если волчий взгляд и настороженность Фёдорова он ещё мог объяснить, но все вместе — нет.

Пантелеймонов шевельнулся, и только сейчас я увидел, что у него протез на левой руке и ноге. Руки не было примерно до локтя, а ноги чуть ниже колена.

— Вы не писали, что вы инвалид?

Играть в тактичность я не стал, инвалидность мгновенно снизила ценность Пантелеймоновна. Конечно, я бы мог ему сделать самые современные протезы, но с какой стати, его верность, как и полезность, была под сомнением, а таких щедрых авансов я делать не собирался, тем более протезы стоили эргов.

— Тогда бы вы не приехали.

Ухмыльнулся старик.

Подавив шевельнувшееся раздражение, укоризненно покачал головой.

— Хорошо, я здесь, что вы можете мне предложить?

— Свою службу, я профессиональный сапёр с двадцатилетним стажем.

— Сапёр — это, конечно, хорошо, но пока не особо нужен, а в других качествах вас использовать не получится, сами понимаете.

Старик зло ощерил желтые зубы, я ожидал мата и летящие во все стороны слюни, но тот сдержался.

— Ваш человек писал, что вы готовитесь к ядерной войне и у вас есть для этого средства и ресурсы.

Теря к разговору интерес, кивнул и уже собрался вежливо откланяться, как Пантелеймонов выкинул на стол козырный туз.

— Я могу предоставить военный бункер советской постройки.

Я опустился обратно на шаткий табурет.

— Ну что ж, Генадий Захарович, вы меня заинтересовали.

— Я вам его координаты и все подробности, а вы мне должность зампотыла и два места в бункере.

Я усмехнулся.

— У меня уже есть зампотылу, а в бункер попадут только те, кому я доверяю.

В итоге сошлись, что Пантелеймонов станет комендантом убежища, а когда придёт время, заберёт с собой дочь. Конечно же, не забыл добавить о пуле для болтуна и предателя.

Пришлось старому сапёру поверить мне на слово, к счастью, у него хватило ума не угрожать.

История Генадия Захаровича была такова: в далёких девяностых, когда страна трещала по швам и шла ко дну, теряя куски обшивки, в глубинах министерства обороны родился приказ о уничтожении ряда военных объектов, висящих тяжкими гирями на балансе министерства. В этот список попал один из бункеров, построенных еще на пике могущества СССР, на случай ядерной войны где-то в дебрях Московской области.

Пантелеймонов, как и ещё ряд солдат и офицеров, должны были этот приказ выполнить и выполнили. Но не Пантелеймонов, время было смутное, контроль со стороны начальства практически отсутствовал, поэтому бравый капитан продал всю взрывчатку и оборудование, а наверх доложил об успешном демонтаже объекта.

Так с тех пор и стоит законсервированный.

Закончил свой рассказ Пантелеймонов.

Хорошо, давайте координаты, мы проверим ваши слова, если всё так, как вы сказали, мы выполним свою часть уговора.

Колебался Генадий Захарович недолго и через минуту по памяти продиктовал ряд цифр. Не теряя времени, тут же выдал одному из наблюдателей задачу найти это место.