Книга Мастер печатей 4, страница 22 – Максим Зарецкий

— Понятно, — хмыкнул я, заметив затруднения Рэм. — Просто будь рядом и со временем во всём убедишься сама. Боги-близнецы — это чума, которая может очень быстро превратить весь наш мир в пустыню.

Наёмница лишь кивнула и всё так же задумчиво направилась обратно, в зал рекреации.

«Итак, что скажешь насчёт заклинания телепортации?» — спросил я у кота, когда мы остались одни, Николай с Настей последовали вслед за Рэм, продолжая о чём-то тихо говорить.

«Серьёзная пространственная магия. Никогда бы не подумал, что какая-то молодая девчонка способна на подобное», — прокомментировал увиденное Ва’йан.

«Разбираешься в подобном?» — поинтересовался я.

«С чего бы? Я хорошо разбираюсь в рунике. Свободные плетения мне известны, но лишь в общих чертах. На моём слое изнанки с подобным всё очень плохо, если так можно сказать. Однако это не значит, что я не вижу сути того, что делала эта девчонка, — снисходительно протянул фамильяр. — Ты сам, будучи Парагоном, был бы способен на подобные фокусы. Правда, с учётом нормальных расчётов и подготовки».

«То есть научить подобному типу магии ты меня не сможешь? — решил уточнить я. — Заманчиво творить даже высшие заклинания — вот так быстро, буквально на ходу. Без всех этих впечатываний их в контур печатей».

«Чем слушаешь, Леон? Я же сказал, что практически не разбираюсь в таких вопросах», — с лёгким раздражением фыркнул Ва’йан. — «Этот тип магии практически недоступен существам с изнанки. Грубо говоря, нам и руника не очень-то доступна, но там хоть есть печати, которыми можно манипулировать. А чистая сила… это не про нас, да и сложно не-руникам дотянуться до нашего слоя изнанки».

— Жаль, — я вздохнул.

Было заманчиво вот так на ходу исполнять сильные плетения. Впрочем, уверен, что в моём случае это будет тем более невозможно, потому как основы-то разные и придётся переучиваться. Почти наверняка, оно того просто не стоит.

«Да и зачем тебе это? Уж поверь мне, Леон, по своей силе руническая магия в несколько раз сильнее вот этих всех плетений ткачей. Формирование мощных заклинаний у них, конечно, быстрее, но требования к ним и тому объёму силы, которые вынуждены использовать, совсем другие, чем у рунников, — лениво заметил фамильяр между делом. — Если так хочется великой силы — продай душу какой-нибудь твари из Когорты первой тысячи да используй её силу напрямую. Станешь сильнее любого Парагона раза в два. Жаль, недолго».

«Обойдусь как-нибудь», — ответил ему, слишком хорошо зная цену подобного.

Ритуал продажи души был известен и в моём мире. Многие не самые сильные маги грешили подобным. И почти всегда это заканчивалось очень плохо для них. Монстры из числа дальних собратьев Ва’йана очень быстро выпивали всю силу такой души. Финал был почти всегда печален. Те же немногие, кто умудрялся разорвать контракт до собственной смерти, навсегда оставались калеками.

Вернувшись в зал с огромным камнем, я обнаружил, что все свободные Искатели, не задействованные в дозоре и охране подступов к рекреации, крутились возле камня, изучая руны на нём. Они перерисовывали в свои блокноты и тетради необычные глифы, выведенные на камне-постаменте, стараясь как можно полнее и точнее перенести их.

Все эти разговоры с Именованными пусть и были им интересны, но лишь фоном. Куда важнее было перенести всё, что они видели, к себе на бумагу. В конце концов, случилось то, о чём они мечтали всю жизнь. Для любого Изменённого, любого ранга и возможностей, обнаружение ещё одного храма было сродни обнаружению великой сокровищницы. Подобное случалось в мире лишь несколько раз за всё время с момента обнаружения «колодца». И… это же было большой проблемой.