Книга Виват Россия!, страница 137 – Андрей Булычев

Павел ревностно приступил к реформам, менявшим порядки и обычаи, заведённые при Екатерине. Реформирование всего, что было сделано его матерью, являлось главной характеристикой его правления.

Первым делом была установлена чёткая система наследования трона – только по мужской линии, от отца к сыну. Актом о престолонаследовании, действовавшим вплоть до 1917 года, император хотел исключить саму возможность дворцовых переворотов, когда гвардия то низвергала, то возводила государей по своему усмотрению.

Сразу при восшествии на престол им был издан Манифест о трёхдневной барщине, вводивший ограничения на эксплуатацию помещиками крестьянского труда и ограничивавший их владельческие права.

За четыре с небольшим года правления Павел Первый успел необыкновенно много не только из-за своей удивительной трудоспособности, но и благодаря тому, что планы этих преобразовании он подготовил ещё задолго до воцарения в Гатчине. Он резко сократил права дворянства, заставив всех служить государству. Начиная реформу в армии, ввёл строжайшую, на прусский манер, дисциплину. Для него не существовало привилегированных чинов. Все были равны.

К концу правления Екатерины Великой коррупция в стране достигла огромных масштабов. Злоупотребления в гражданской администрации и судах были просто чудовищными. В Сенате к началу царствования Павла было свыше десяти тысяч нерешённых дел, копившихся десятилетиями! Новый государь заставил всех работать.

В канцеляриях, департаментах, коллегиях – везде в пять часов утра уже горели свечи. По приказанию государя перед Зимним дворцом было сожжено пять с лишним миллионов рублей бумажными ассигнациями. А сотни придворных серебряных сервизов были переплавлены в монеты, так необходимые, чтобы закрыть дыру в казне и снизить инфляцию.

Стремление Павла к регламентации всех сфер общества оборачивалось вмешательством в повседневную жизнь подданных. Так, появились указы запрещавшие танцевать вальс, носить круглые шляпы, «носить дамам через плечо разноцветные ленты наподобие кавалерских», читать французскую литературу и многое другое. В первые же дни восшествия на престол у Зимнего дворца был установлен опечатанный личной печатью императора жёлтый ящик с прорезью – для жалоб и писем. Раз в три дня его приносили ему в кабинет, где он его сам и вскрывал.

В армии преобразования начались с замены прежнего обмундирования новыми «прусскими» мундирами. Вернулись так ненавидимые в войсках букли, косы, парики, насаждалась строгая муштра. Порядки, заведённые в Гатчине, были перенесены на всю русскую армию. Так, циркуляром от двадцать девятого ноября 1796 года в главные принципы военного дела были возведены точность построения, выверенность интервалов и гусиный шаг. Было принято три новых воинских устава, составленных по прусскому образцу. Император прогонял заслуженных, но неугодных ему генералов и зачастую заменял их безвестными, нередко бездарными, но зато готовыми исполнять самую нелепую его прихоть. В отставку был отправлен Суворов, в открытую критиковавший новые порядки.

Были и положительные стороны реформы. Ещё в Гатчине родилась самая современная по тем временам русская артиллерия, значение которой не все понимали при матушкином дворе. Именно Павлу должна быть благодарна Россия за то, что сумела достойно встретить в 1812 году превосходного «артиллериста» Бонапарта. Критикуя «павловскую» форму, нужно отметить, что это именно он ввёл шинели для каждого солдата, заменив ими суконные плащи-епанчи. Помимо этого, для зимнего времени были положены тёплые жилеты-куртки на заячьем меху и овчинные безрукавки для ношения под камзолом. Также для часовых вводились караульные овчинные тулупы и валенки. Причём в караульном помещении пар валенок должно было быть столько, сколько необходимо, чтобы каждая смена часовых обувала сухие. Все эти нововведения спасли множество русских солдат в последующих войнах, когда русская армия смогла вести успешные боевые действия в холодное время года, даже не уходя на зимние квартиры. А ведь согласно данным медицинского обследования в армии 1760 года, более всего страдали и, как правило, потом умирали не от боевых ран, а от «ревматических» болезней и болезней органов дыхания.