Книга Егерь императрицы. Русский маятник, страница 74 – Андрей Булычев

— Алексей Петрович, из того списка который подавался на отставных егерей, только семеро изъявили желание уходить, – доложился Гусев. – Все остальные просят оставить их в полку для дальнейшей службы.

— Да, понял. Ко мне уже Дубков с Лужиным приходили и даже вот ходатайство принесли. – Он подал старшему квартирмейстеру исписанный лист. – Двадцать один человек в нём, и самый возрастной – это наш Макарович. Спрашиваю его, не тяжело молодых гонять? Может, в интендантскую команду или оружейники? Обиделся. Я, говорит, едва ли кому из новобранцев в прыти уступлю, а уж в егерском навыке вообще мало кто из дозорной роты или из отборных стрелков со мной сравнится. Забыли, говорит, ваше превосходительство, как под Кагулом вас солдатской премудрости учил? И ведь крыть тут нечем. – Алексей развёл руками. – Еле уговорил его с собой в имение съездить. Обещал, говорю, Ёлкину, Карпычу и всем нашим ребяткам-инвалидам, что их навестишь, а сам слово своё не держишь! Стоит, голову чешет. Я ему: «Будешь не в денщиках в эту поездку, а старшим генеральского конвоя». Тогда уж он и согласился.

— Макарыч у нас скала-а, – протянул заполнявший толстый журнал Милорадович. – Вот уж воин так воин, пруссаков четыре десятка лет назад гонял, потом ещё турок с поляками, а недавно перед внуками тех самых битых пруссаков снова героем прошёл. Молодец! – Он покачал головой. – Так вы когда едете-то, ребята, решили уже?

— Послезавтра, – макая перо в чернильницу, ответил Гусев. – Вот подобью за пару дней всё тут, чтобы потом не жаловался, что всю бумажную работу тебе оставили.

— Так ему-то что, он всё равно твоего Десницкого за неё посадит. – Алексей ухмыльнулся. – Ехать нам нужно, Живан. В первых числах мая в Тулу хочу попасть, а потом день-два – и в поместье дальше нестись. К посевной бы нам поспеть, потому и тремя повозками едем, чтобы всю тяжесть равномерно по ним распределить.

— Ну не зна-аю, семь сотен вёрст до Москвы, а там до Тулы ещё более полутора сотен, – недоверчиво сказал тот. – Это вы в Козельске только лишь к июню будете.

— А мы в Москву не станем заезжать, у Клина немного путь срежем, – заявил Гусев. – Да и в Туле ненадолго, там уже Вьюгов тропку, небось, натоптал, покажет, к кому нужно нашему командиру заходить, дело сделаем и погнали дальше.

Ранним утром большая дорожная карета и две лёгкие пролётки выехали через заставу на Московский тракт. Караул подхватил полосатую жердину и перекрыл за ними обратно путь.

— Далёко командир егерей собрался, – проговорил, глядя вслед повозкам, седоусый капрал.

— С чего так решил, Селантьевич? – спросил молодой солдатик. – Может, он стрелков своих анспекти́ровать поехал, что сейчас у Чёрной речки на манёврах. Приедет туда на каретах, на сухое место, где травка поросла, встанет, и тут ему всякие яства сразу выставят. Котёл на костёр и большой шатёр здесь же натянут. Будет их высокопревосходительство в трубу зрительную глядеть да егерей своих поругивать.

— Далё-ёко поехал. – Старый служака покачал головой. – Видел, за каждой пролёткой ещё и сменные лошади скачут? Где-то их за усталых потом впрягут, а где-то на постоялом дворе могут и ямских за плату. Кто из больших чинов шибко спешит, те такое себе позволить могут.