Книга Воевода, страница 56 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

И мы пошли.

Минус четвертый этаж встретил нас висящей на одной петле дверью и телами, прошитыми какой-то трубой.

— Наверное, стоит пройтись проверить на наличие живых? – неуверенно предложил Иван.

Я лишь покачал головой:

— Нет, не стоит.

— Слушай, моя персона, может, и сверхважная, но это не значит, что я буду бросать своих подданных, когда могу спасти… – пафосно и немного зло начал Иван, но я его перебил:

— Не в этом дело, твое высочество, – сказал я. – Дверь открыта, выход свободен. Если кто-то и есть на этаже – уйдет сам. Раненых далеко мы не унесем. А чем быстрее выберемся и узнаем, почему тут еще не бегают санитары всех скориков столицы – тем лучше тем же самым раненым.

Цесаревич помрачнел и нехотя произнес:

— Ты прав. Идем.

А вот на минус втором этаже задержаться смысл был: кто-то колотил в эвакуационную дверь и пытался выбраться. Дверь не заклинило и даже не засыпало бетоном – труба узкого диаметра оборвалась с одного края и сейчас выполняла роль неудачного засова, не позволяя распахнуть дверь целиком. В узкую щелку просачивался мат, женские голоса и… детский плач.

Обе наши спутницы встали как вкопанные и посмотрели на нас таким взглядом, что стало ясно – сработал древний женский инстинкт.

— Алекс, помоги-ка, – сказал Иван, подходя к двери, и крикнул в щель: – Пожалуйста, отойдите от двери! Мы сейчас постараемся вас вытащить!

С той стороны донеслись вздохи радости и облегчения, а я тихо сказал цесаревичу:

— Там может быть сюрприз.

— Там женщины и дети, это этаж для развлечения мамочек с малышней.

— А еще какой-нибудь невзрачный папочка может оказаться твоим убийцей, – дополнил я, заставив Ивана нахмуриться.

— Я понимаю. Но там – дети.

— Я не заставляю тебя их бросить, – покачал я головой, примеряясь к трубе. – Просто держись позади меня.

— Ты мне не телохранитель, – возразил Иван, но напоролся на мой тяжелый взгляд, – но я постараюсь не высовываться.

— Конечно, не телохранитель, – буркнул я в ответ, – телохранители у тебя кончились.

Наследник криво усмехнулся, и мы принялись выламывать трубу. Та поддавалась плохо, сразу видно – сделано на совесть, практически в СССР. Железа не пожалели. Но если два молодых и амбициозных парня правильно приложат силу, то сломают что угодно.

Собственно, мы и сломали.

Дверь тут же широко распахнулась, демонстрируя нам довольно внушительное количество посетителей. В основном женщины с перепуганными детьми на руках, но были и мужчины – в составе семейных пар.

— Все целы? – спросил Иван.

Народ, молчавший до этого, готов был рухнуть на колени перед цесаревичем, спасшим их от неминуемой гибели. Раздался нестройный шепот, что все целы, и я произнес:

— Будем подниматься наверх. Но для начала хотелось бы попросить ваших мужчин помочь мне.

Все закивали, кто-то даже начал передавать женам детей, которых держал на руках. Вот в этот момент один из мужиков, у которого по странному стечению обстоятельств не было ни жены, ни детей, полез за пазуху.

Я всегда думал, что я тут самый быстрый стрелок, однако мы же в России живем – зачем стрелять там, где можно просто зашибить?

Стоящий рядом с убийцей мужчина тоже заметил нездоровое движение. И одним четким ударом в челюсть вырубил его. Бабы взвизгнули и кинулись врассыпную, оставив в пустом пространстве только лежащего без сознания убийцу и вырубившего его мужика с женой и тремя детьми.