Книга Воевода, страница 99 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

Я прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Я даже как-то не заметил, что из той в эту жизнь перетащил ощущение опасности. Всегда немного на взводе, всегда немного в ожидании атаки.

Защищать – это же тоже убивать.

И расслабиться нельзя, ведь от меня зависит не только мое будущее, но еще и один пацаненок, которому придется надеть корону не по весу, и девчонка из хорошей семьи, доверившаяся безымянному сироте вопреки всякому здравому смыслу.

Ребята из потешного отряда, которые еще не боевая единица и не братство, но скоро обязательно им станут.

Девушка с розовыми волосами, которую я вытащил из гетто и которая тайком бегает на свидания с самым брутальным силовиком империи.

Детки с титулами и проблемами, которые они наследуют от отцов и матерей из поколения в поколение.

Каждый человек, которому я подставил плечо или подал руку на своем пути.

И впервые в этой жизни я ощутил прилив силы не для того, чтобы выдрать чью-то глотку, а потому что, оказавшись в полном одиночестве в этом странном магическом сословном мире, я оказался не один.

Защищать – это не всегда убивать.

Иногда это просто стоять рядом, давая на себя опереться. Держаться крепко за эту землю, родную землю, что промерзает на многие метры каждую зиму. Подпирать плечами небо, с которого девять месяцев в году сыпется белая мука.

Не гнуться и не ломаться.

Я распахнул глаза. Вокруг ничего не изменилось – Иван все так же боролся с мерзлой землей, Василиса все так же восхищалась своим первым снежным смерчем. Разумовский смотрел на меня мрачно и недовольно.

Ноги затекли, и я тяжело поднялся и потянулся к самому холодному небу в мире.

— Мирный, иди отсюда, – раздраженно произнес тренер. – Все равно выдохся.

— Ладно, – нехотя протянул я и слегка пошевелил пальцами.

В снежном вихре Василисы помимо ее снежинок закрутились алые лепестки от бутонов роз.

— До свидания, – кивнул я охреневшему тренеру и пошел с полигона.

Императорский Московский Университет

АЛЕКСАНДР МИРНЫЙ

В последний учебный день перед приемом у государя госпожа Орлова поймала меня буквально за ворот в коридоре университета.

— Идешь со мной, – скомандовала Ольга Мегеровна тоном, не терпящим возражений.

Бить даму моветон, пришлось выкручиваться.

— Ольга Кирилловна, вы мне крайне симпатичны, но я уже обручен! – улыбнулся я со всем возможным обаянием.

Орлова аж растерялась от такого заявления и пару секунд хлопала глазами, переваривая услышанное. Затем тонкие брови женщины сошлись на переносице, и она процедила:

— У тебя пять стихий открыто, умник. Знаешь, что случается при открытии пятой стихии?

— М-м-м?

— Медицинский осмотр.

— Ой фу, – поморщился я.

— Я тебе с десяток уведомлений на телефон отправила, – произнесла Орлова.

— Что-то такое припоминаю, да, – нехотя протянул я.

Честно признаться, я думал, это какая-то местная формальность, типа школьной диспансеризации. Пришел – молодец, не пришел – никто бегать не станет.

— Я обязательно при случае к вам загляну, – пообещал я, сделав честные-честные глаза.

— Нет, ты прямо сейчас пойдешь со мной, – отрезала Орлова.

— Но у меня пары! – возмутился я.

— Вколю транквилизатор, – выдвинула ультиматум женщина.

Даже шприц из кармана достала и продемонстрировала.

— Туше, – сдался я и отправился к местным медикам.