Онлайн книга «Студент»
|
— Зверею, – честно ответил я, рукой смахивая злосчастную сферу в лужу под ногами. – А ты? — Вообще планировал побегать, – ответил Юсупов, задумчиво почесав затылок. — Хочешь спросить – спрашивай, – разрешил я, видя, как на лице княжича борются любопытство и воспитание. Княжич еще немного потерзался сомнениями, но потом все же не выдержал. — Говорят, ты отжал бойцовский клуб, – произнес он, внимательно смотря на меня. — Ну «отжал» – сильно сказано. Бывший его владелец… Или, точнее, управленец, решил, что самый умный и может поставить меня на счетчик. А я буду, как цирковая собачка, прыгать в клетке по его щелчку. Как ты понимаешь, он сильно ошибся. Юсупов хмыкнул: — Да уж, не такого результата я ждал, приглашая тебя туда. Что теперь будет с клубом? — Останется на месте, – пожал я плечами. – Только немного изменятся условия участия. Люди на такие бои должны идти добровольно, а не от отчаяния. — Отчаяние придает ярких красок боям, – покачал головой Алмаз. – Ты можешь потерять часть аудитории. — Может быть, – не стал спорить я. – Но зрители хотят красивое шоу. Им без разницы, дерутся бойцы потому, что к виску их ребенка приставили пистолет, или потому, что многомилионный призовой фонд может помочь вылезти из долговой ямы. В первом случае бойцом движет слепое отчаяние. А во втором – это добровольное решение. Княжич задумался. — Возможно, ты и прав, – наконец произнес он. – В любом случае это будет более честный бой. И у таких вещей есть своя аудитория, ностальгирующая по эпохе щита и меча, – а потом он резко сменил тему: – Так чем ты тут, говоришь, занимаешься? — Пытаюсь создать туманную сферу, – кисло ответил я. — Зачем? – округлил глаза Алмаз. – Ты с тем же успехом мог бы кувалдой забивать выкрутившиеся болты в очках у Лобачевского. Кто тебе вообще эту технику показывал? — Разумовский. Юсупов хохотнул: — Ну, все понятно. Дмитрий Евгеньевич наверняка считает, что для дрессировки щенка волкодава его нужно сначала хорошенько вымотать. Но в твоем случае так не получится. У тебя изначально неплохой резерв и очень большой потенциал. Ты просто физически не способен к ювелирной работе, пока не научишься манипулировать даром в должной степени, на самом высоком уровне. Снести кусок стены – это пожалуйста. Оборвать листик у ромашки – ни при каких условиях. — Но у меня все-таки однажды получилось создать туман, – нахмурился я. – Но это было какое-то интуитивное действие. — Почему нет? – пожал плечами Юсупов. – Весь полигон небось накрыло? — Ну, почти… – ответил я, вспоминая перестрелку. — Туман – одна из самых сложных базовых техник, и в малом объеме она вообще бесполезна. Так, понты, – с этими словами Юсупов показал на ладони туманную сферу. В отличие от Разумовского, у Тугарина шар был с нечеткими, местами рваными краями. — Эта техника изначально была разработана для сверхсильных магов как раз твоего разряда, чтобы они могли прощупывать большие территории на наличие вражьих отрядов. Но с развитием техники типа тепловизоров или камер ночного видения это стало неактуально. Тем более что маги первого разряда встречаются чуть чаще, чем Дед Мороз. Алмаз сжал кулак, и туман развеялся, просочившись призрачными щупальцами меж пальцев парня. — Теория понятна, господин учитель, – усмехнулся я. – А как быть с практикой-то? |