Книга Псы и чародеи. Книга 1, страница 84 – Наталья Резанова

Забавно получилось – нога у лошади, нога у принца. Хелед отнюдь не расстроился из-за того, что принц отделался самое большее сломанной ногой. В его планы не входило устраивать покушение на жизнь Сегомо из рода Сегайсов. Его интересовал совсем другой человек.

И неизвестно еще, удалось ли хоть на шаг приблизиться к нему. Вполне возможно, что хваленое трудолюбие Сегомо дало трещину вместе с костью. Или лекаря, чтоб доказать господину свою полезность, возопят дружным хором, что пациенту потребно пребывать в покое и воздерживаться от занятий месяц… или хоть седмицу, месяц деятельному человеку в бездельи не выдержать.

Посмотрим, сколько он выдержит. Если через два дня принц не пошлет в крепость за тем, с кем в последнее время водил продолжительные беседы, станет ясно, что предпринятые действия плодов не принесли, и надо придумывать что-то другое, притом что сроки поджимают. Что ж, так оно, как правило, и бывает. Большей частью усилия уходят, как вода в песок. Поэтому надо рассчитывать, но не надо загадывать.

Сегомо, лежа на диване и покоя ногу на пуфике, выдержал сутки. Затем в крепость отправился конный гонец. Он и впрямь трудолюбив, этот Сегомо… или… у него тоже есть некие сроки, и дела, которыми он занят, не терпят отлагательств.

Вообще-то он мог послать в крепость свою собственную карету. Пусть не ту, в которой предпочитал ездить сам (ее еще не починили), но из дворца. С гербом на двери. Но, хотя человек, которого он хотел видеть, официально числился не узником, а гостем принца, которого тот изволит великодушнейше навещать, это был бы жест, дающий возможности для неправильного истолкования. А Сегомо, как политический деятель, был чувствителен к тонкостям подобного рода. И в послеполуденный час, когда добрые жители Сегайса покончили с обедом и вернулись к своим занятиям, из ворот крепости выкатился возок, запряженный двумя низкорослыми лошадками местной породы. Если на проезд кареты из дворца, при всей его привычности, в городе еще обращали внимание, то на это средство передвижения не смотрел никто. Ну, почти никто. На что там смотреть? Сундук на колесах. В таких чиновники из архивов перевозят горы своих пропыленных бумаг и книжек, когда их по какой-либо причине надо переместить из крепости в город или наоборот. Чиновники с монетного двора в таких колымагах тоже ездят, но те господа поважнее и везут с собой что поценнее, и потому их сопровождает подобающая охрана. А тут рядом трусил лишь один верховой.

Вообще-то и разглядеть что-то было можно лишь при большом желании и с близкого расстояния. Над озером поднимался туман, как в самые что ни на есть языческие времена, и наползал на город. Помешать трудам жителей Сегайса он, разумеется, не мог, но видимость снижал изрядно.

В отличие от кареты принца, возок у выезда с моста остановили. Кучер, не слезая с козел, протянул стражникам загодя приготовленные документы. Один из стражников прочитал их со всем тщанием раза два, другой заглянул в карету. Для этого ему пришлось отпереть дверь – ключ также получен от кучера, ибо окно возка было не только закрыто, но и зарешечено. Очевидно, осмотр его удовлетворил – дверь была вновь замкнута, ключ возвращен кучеру, а возку разрешили проезжать.

Но если за день до того карете принца не удалось доехать до крепости, сегодня тюремному возку не суждено было добраться до дворца.