Книга Кто правит миром. Том 1, страница 143 – Цин Линъюэ

Великолепный дворец вана Ючжоу был прямо под его ногами, но чем все это великолепие было на самом деле? Просто красными башнями с садами и прудами? Или богатством, стоящим на крови и костях?

Павильон Лохуа, зал Цюйюй

Хуа Чуньжань расстелила лист нефритовой бумаги, взяла кисть, обмакнула в тушь и начала тщательно водить ей по бумаге. Каждый штрих был осторожным, казалось, что она боится малейшей ошибки. Ее хорошенькое личико выглядело невероятно сосредоточенным, но взгляд ее при этом был мечтательным и даже чуть кокетливым.

Фэнси бесшумно появилась у двери, посмотрела на стол, на принцессу, потом снова на стол и слегка улыбнулась, неслышно вздохнув.

— Красавица Хуа, что ты рисуешь?

Этот внезапный вопрос заставил Хуа Чуньжань, сосредоточенную на рисовании, вздрогнуть, ее рука задрожала, кисть упала и покатилась по столу. Видя, что только что законченный рисунок вот-вот будет испорчен, Хуа Чуньжань не могла не воскликнуть:

— Ой!

В критический момент ловкая рука Фэнси потянулась вперед и поймала кисть, которая попала бы на рисунок.

Глядя на спасенную картину, Хуа Чуньжань с облегчением вздохнула, а затем повернулась и с упреком сказала:

— Ты хочешь напугать меня до смерти? Ходишь везде бесшумно, любишь внезапно заговорить, пугая людей!

Но взгляд Фэнси был прикован к рисунку на столе. Она поднесла лист бумаги поближе к глазам, чтобы внимательно рассмотреть, и невольно воскликнула:

— Этот Черный Лис не так хорош, как ты его нарисовала! Ты же изобразила его как сияющего золотом небожителя! Да разве ж у него такое чистое и праведное лицо?

— Я нарисовала непохоже? – видя ее изумление, не могла не спросить Хуа Чуньжань.

— Конечно, непохоже! – Фэнси одной рукой вертела кисть, другой рукой трясла рисунок, недовольно качая головой.

— Разве… – Хуа Чуньжань посмотрела на рисунок. Ей казалось, что получилось похоже.

— Я покажу тебе, этого Черного Лиса нужно рисовать так. – Фэнси подошла к столу, снова расстелила чистый лист бумаги, затем обмакнула кончик кисти в тушь и взялась за дело.

— Лицо у него немного длинное, как большое гусиное яйцо; брови тоже длинные, но вот здесь должны слегка подниматься вверх; а глаза, эх, природа одарила его соблазнительными глазами феникса, поэтому когда этот Черный Лис смотрит на людей искоса, особенно на женщин, он будто спрашивает: «Красавица, хочешь пойти со мной?» Очень, очень бесстыдно! – Фэнси рисовала, одновременно с презрением комментируя. – Затем этот нос, эх, единственное, что у этого парня хорошего, – это нос, именно этот нос заставляет его выглядеть довольно праведным, на самом деле он тот еще пройдоха; и наконец, губы… хм, они у него тонкие, «тонкие губы – безжалостное сердце» – это именно о нем, красавица Хуа, ты должна запомнить это. О да, еще украшение в форме полумесяца на его лбу, хорошо, примерно так. Хотя у этого парня довольно красивая внешность, ты не должна думать, что он хороший человек.

Так она приговаривала, рисуя, и через мгновение на бумаге возник образ Фэнси. Закончив, она положила кисть, хлопнула в ладоши и передала портрет Хуа Чуньжань.

Хуа Чуньжань взяла портрет и внимательно посмотрела.

Этот Фэнси и Фэнси, которого она нарисовала, казалось, были одним и тем же человеком, но не совсем.

На первый взгляд человек на рисунке был необычайно элегантным; но на второй взгляд можно было заметить, что в его слегка приподнятых глазах феникса скрывалось соблазнительное очарование, которое, казалось, могло одурманить, затянуть в омут – и одурманенный был бы этому только рад. Присмотревшись еще внимательнее, она заметила, что легкая улыбка на его губах была хитрой, словно он гордился тем, что обманул весь мир, а мир все еще не знал. Этот Фэнси действительно отличался от того элегантного, как князь, Фэнси, которого нарисовала она, но этот Фэнси был более живым и выразительным, более привлекательным для глаз.