Книга Кто правит миром. Том 1, страница 88 – Цин Линъюэ

— Сестра. – Хань Пу бросился в объятия Фэнси, обнимая ее, его слезы смочили ее одежду. – Сестра… сестра… я знаю… я все знаю.

Он вырос в семье мастеров боевых искусств и, конечно, знал, что люди, достигшие определенного уровня внутренней силы, не боятся ни жары, ни холода, и для Фэнси, даже если бы она находилась в ледяной пустыне, мороз был бы не страшен. Все это она делала для него: и теплую одежду покупала, и повозку, что защитила бы от ветра и дождя, иначе она вообще не стала бы играть в азартные игры. Если бы она хотела играть, она бы не путешествовала, питаясь чем придется и ночуя под открытым небом. Похоже, выигрывать деньги у тех людей ей не очень нравилось.

На самом деле она могла бы вообще не обращать на него внимания, они не были ни родственниками, ни друзьями, единственной связью между ними оставались рецепты лекарств. И они были настолько же ценны, насколько и опасны. Узнай кто-нибудь, что рецепты у нее, – тотчас явились бы охотники со всего мира, и ее жизнь была бы в постоянной опасности. Однако она, не жалуясь, все равно взяла его с собой и, даже шутя над ним и забавляясь, была с ним нежна.

— Пу-эр, ты мальчик с таким чувствительным и тонко чувствующим сердцем, не знаю, хорошо это для тебя в будущем или плохо. – Сердце Фэнси смягчилось, она погладила мальчишку и беззвучно вздохнула.

— Сестра, в будущем Пу-эр тоже будет заботиться о тебе, заботиться о тебе всю жизнь, – торжественно пообещал Хань Пу, не зная еще, насколько сложно будет выполнить это обещание.

— Хорошо, давай сначала купим одежду. – Фэнси подняла подбородок Хань Пу, вытирая слезы с его лица. – Ты мальчик, а плачешь дважды в день, не стыдно ли?

Лицо Хань Пу покраснело, и он снова спрятал его в объятиях Фэнси. Ему нравились эти объятия, теплые и ароматные, – когда он погружался в них, мир как будто становился спокойным и безопасным.

Много лет спустя этот любитель белой одежды, поэзии и танца с мечом создаст школу Фэнъу и будет известен как Гость Туманной Тени Хань Пу, но сейчас он был всего лишь плаксивым, легко краснеющим ребенком, который любил прижиматься к сестре и капризничать.

— Пойдем, – Фэнси взяла его за руку.

Пройдя по улице, она не пошла прямо искать лавку готовой одежды, а свернула в уединенный переулок. В конце переулка стоял заброшенный дом с высокими красными воротами, краска на которых уже облупилась, карнизы были покрыты паутиной, один из каменных львов у входа упал, а другой все еще охранял главные ворота, хотя был покрыт пылью и опавшими листьями.

Подойдя, Фэнси взмахнула рукавом, сметая пыль со стоящего льва, оттолкнулась кончиками пальцев ног и, взяв с собой Хань Пу, приземлилась на каменного льва.

Они сидели на каменном льве, словно два ярких, живых пятна на выцветшей, мрачной древней картине, и выглядели особенно неуместно.

— Сестра, разве мы не собирались покупать одежду? Зачем мы пришли сюда? – Хань Пу выждал немного, но не дождался объяснений от Фэнси и наконец спросил сам.

— Ждем кое-кого. – Фэнси свесила свои длинные ноги, покачивая ими.

— Кого ждем? – Хань Пу тоже сел, покачивая ногами.

— Жду кого-то, кто не знает своего места и осмелился следить за мной. – Фэнси слегка прищурилась. – Если он не появится, пусть пеняет на себя, я не стану церемониться.