Книга Сахарок, или Все наоборот, страница 59 – Марина Бастрикова

Хотя я и надела браслет на руку Саши, в итоге я сама нажимала и играла, немного увлекшись. Когда я наконец поняла, что вообще-то не сама планировала играть, я приподняла взгляд и встретилась с ошарашенными глазами Саши, руку которого я все еще держала.

— Какая ужасная у тебя жизнь, если ты играешь в такое! – сказал он.

Я смутилась, а парень, вздохнув, пошел и лег в кровать под одеяло, укрывшись с головой.

Паша последовал примеру брата и тоже лег. Я выключила свет. Кажется, Павел уснул почти сразу, а Саша еще долго возился под одеялом. Судя по всему, от скуки он таки играл в запоминайку, ведь фитнес-браслет он мне так и не вернул.

Дождавшись, когда уснет и Саша, я поспешила на улицу к дяде Грише. Мне же надо попросить его присмотреть за детьми с утра. Больше просить некого.

Детское время или нет, но дядя Гриша уже спал. Так как гараж свой он не закрывал, я спокойно зашла и растолкала его на кровати в закутке. Сонный старик согласился помочь, отмахиваясь от меня, как от ночного кошмара. Возможно, он даже не очень поверил, что просящая присмотреть за детьми Элла – это не сон. Ладно, завтра утром все равно еще раз к нему приду.

Домой я зашла, стараясь максимально бесшумно открыть дверь и снять обувь, чтобы не разбудить ребят. В ванной горел свет, я приоткрыла дверь и увидела стоящего там на коленях Пашу.

— Ты что делаешь? – спросила шепотом у ребенка.

Тот вздрогнул и, перестав сжимать пальчики в замок, испуганно на меня посмотрел. В его глазах плескался сильный страх, а под носом было влажно, видимо плакал. Ну что могло еще случиться за мои двадцать минут отсутствия?

— М-м-молюсь, – ответил Паша.

Я невольно слегка улыбнулась, кажется, кое-кто тоже может начать заикаться, если разволновался. Хотя это и не показатель после всего пережитого сегодня, странно, что сама не начала заикаться.

Я подошла и села рядом с мальчиком тоже на колени, а то он явно засмущался своей позы. Странно, Веня мне не показался верующим, может, их мама отличается религиозностью? Или отличалась… судя по словам Саши про то, что мамы нет. Умерла? Мое сердце укололо, кому еще, как не мне, понять, что такое потерять маму. А сейчас они же еще и за жизнь папы боятся.

— Все будет хорошо, твой папа очень сильный, – сказала мальчику, слегка сжав кулаками свои колени. Кажется, я сама не очень в это верила.

— Я молился, чтобы ты вернулась.

Что?

— Я проснулся. Пить хотел. А тебя нигде нет, – отрывисто и взволнованно сказал Паша, а в его глазах снова отразился весь пережитый за те минуты страх. – Я подумал, а вдруг ты навсегда ушла.

— Навсегда? Из собственного дома? – сказала, слегка улыбнувшись мальчику, но мой намек не дошел до Паши, он, кажется, реально думал, что можно уйти так из собственного дома, оставив там двух детей.

— Я не знаю, где больница папы, куда ехать. Я знаю папин телефон наизусть и бабушкин. Но мы недавно переехали, бабушка сменила нам тариф на семейный, собираясь подарить телефоны в честь того, что мы теперь с ней в одном городе. Но ведь теперь у нее новый номер телефона. Адрес я новый тоже не успел выучить, а папе… папе звонить не имеет смысла.

— Может, Саша знает адрес и телефон?

Паша в ответ фыркнул и сказал высокомерно:

— Я же говорил, что он дурак. Сашка ни разу запомнить и не пытался.