Книга Эмиссар пустоты, страница 96 – Владимир Мясоедов

В зале заседаний поднялся шум, поскольку одновременно заговорили очень многие. Кто-то бросался обвинениями, кто-то яростно их отвергал. Одни вспоминали строчки старых и новых договоров вместе с прецедентами прошлого, другие призывали думать о будущем, в котором обязательно случится чего-то плохое с теми, кто выберет не нравящийся им вариант.Некоторые взывали к гласу разума, имея ввиду прежде всего собственный разум, иные апеллировали к воле многочисленных богов…Богов, чьи служители друг с другом договориться ну никак не могли, и единого фронта уж точно не образовывали. В чем эти люди и несколько оказавшихся на Совете нелюдей были абсолютно согласны — так это в своей жадности. Градус воплей и взаимных претензий нарастал, зачарованные клинки уже демонстративно доставали из ножен на несколько сантиметров, чтобы с лязгом вогнать их обратно, чародеи окружали себя и свои свиты личными барьерами, стихийно образовавшийся теологический диспут не перешел в сожжение неверных лишь потому, что представители готовых сцепиться конфессий обычно окончательно решали вопрос с еретиками или врагами веры несколько иначе… А потому, когда резко и внезапно наступила тишина, которая явно не могла быть естественной, то это чуть не вылилось в начало всеобщей резни! Но — не вылилось, а вот попытайся кто-то выстрелить в потолок или иначе привлечь к себе внимание чрезмерно громким шумом или яркой вспышкой, и уже могли бы появиться первые трупы.

— Дык, попрошу минуточку вашего, стал быть, внимания. Вернее, того-этого, сразу несколько минуточек. И исчо я енто, сразу же говорю, шо хоть и являюсь полноправным участником Северного, ну, Союза, однако же от своей доли золота да артефактов, раз уж такое дело, отказаться готов. — С явственным акцентом на английском языке попросил русоволосый детина, бывший одним из очень немногих иностранцев, который присутствовал сейчас в этом зале. Желали-то этого многие, но их не пустили или же пустили, но замаскировав под кого-то членов своей свиты. Однако с этим русским архимагистром, буквально заставившим воздух в помещении остановиться и тем заблокировавшим распространение иных звуков, кроме собственной речи, такой номер не прошел, поскольку его официально можно было считать одним из тех, с кого существование данного государственного образования и началось. — Ну так шо, дадите возможность мне высказаться, послушав спокойно?

— Ммм! — С возмущенным выражением лица вскочил один из сопровождавших его людей, яростно размахивая руками и почти пробивая завесу тишины, установленную одаренным седьмого ранга. Те из присутствующих, кто разбирался в знаках отличия Возрожденной Российской Империи, могли опознать в нем довольно высокопоставленного сотрудника министерства иностранных дел этой самой империи. — Ммм!

— Думаю, мы послушаем, ведь так? — Полуутвердительно задал вопрос король йогов, которого конечно же чары всего-то архимагистра заткнуть не могли. — В конце-концов, если уважаемый Святослав готов проявить столь выдающуюся скромность и щедрость, то как минимум в благодарность за них несколько минут уделить ему мы можем!

Возражающих не нашлось. То ли потому, что все считали такой размен выгодным, то ли потому, что спорить с Манидером Садхиром решались немногие, а то ли из-за отсутствия мастеров, способных столь же виртуозно обойти действие магии воздуха седьмого ранга.