Книга Близкие враги, страница 132 – Владимир Мясоедов

— Господин Коробейников, к достойному обозначению вашей деятельности мы пока не приступили. — Снова поклонился с извиняющейся улыбкой переводчик, который то ли очень робел перед капитаном эрзац-крейсера, то ли слишком глубоко впитал этикет, принятый при дворе князя Чатурведи. Скорее последнее. Этого человека не напугал воздушный бой, не дрогнул он и когда последовал вслед за Олегом в операционную, куда помощники целителя, вообще-то сами являющиеся полноценными магами-медиками, переправляли наиболее тяжелые случаи. А ведь многие известные боевому магу офицеры начали бы бледнеть, зеленеть и подрагивать в коленях после того, как раз за разом им стали бы во всех подробностях демонстрировать чей-то внутренний мир, острой сталью грубо вывернутый наружу. — Эти символы все еще ваша фамилия...

— Но тут уже тридцать с лишним букв, и они заняли восемь метров! — Изумился чародей, проводящий несколько операций одновременно с созданием вывески на куске паруса одного из сбитых летучих кораблей. Сочетание телекинеза и гидрокинеза позволяло вытворять такие фокусы, что любой обычный художник сгрыз бы свои кисти от зависти. Слишком много внимания пациентам целитель в данный момент не уделял, поскольку все их раны травмировали лишь плоть, но не энергетику, жертвы магистров либо до медиков не дотянули, либо имели своих целителей, а последствия ударов низшей боевой магии не слишком отличались от ран, оставленных свинцом или сталью. Усталости же распылявший свое внимание и силы на разные задачи одаренный не чувствовал частично в силу имеющегося опыта и высокой подготовки, частично благодаря относительно мягкому стимулятору, временно поставившему Олега на грань пятого ранга. Первоначально капитан «Тигрицы» подумывал использовать допинг в бою, причем хранил в специальном небьющемся фиале внутри доспеха куда более ядреный препарат, но травиться им по счастью не потребовалось...И потому он с легким сердцем принял другой, относительно не вредный элексир уже после завершения сражения, дабы спасти от смерти или инвалидности на пару-тройку сотен человек больше.

— Звучание вашего имени очень сложное! Вернее, сложно его написать, используя возвышенную древнюю речь наших предков.

— А если использовать смысловую нагрузку?

— Боюсь, нам тогда и трех строчек не хватит, ибо потребуется внести слишком много пояснений, без которых ваш благородный род могут спутать не то с плетельщиками корзин, не то с их носильщиками...

Олег решил не уточнять, что откуда-то оттуда фамилия Коробейниковых скорее всего и пошла, а его благородный род начинался в общем-то с него же, ибо отец биологического тела чародея наследное дворянство выслужить не успел, а женился так и вообще на крестьянке...Не то, чтобы для Чатурведи и его друзей это было бы секретом — раз уж они где-то нашли досье чародея, где указывались подозрения церковников его адрес, то мимо строчек о происхождении не прошли уж точно. Но лишний раз тыкать своим происхождением в лицо обычным индусам, не знающим, как живут в других странах и помешанным на своих кастовых замашках, он не собирался. Не поймут. Вернее, понять-то может и поймут, но никак не смогут принять, ибо это означало бы, что десятки поколений их предков маялись какой-то хренотенью, закономерном итогом которой стало скатывание страны без внятно выраженной промышленной, научной, технической и культурной элиты чуть ли не до уровня отсталых африканских племен, а единственным сомнительным преимуществом стало упрочнение положения правящей верхушки.