Книга Стратегическое промедление, страница 117 – Владимир Мясоедов

— Рисовый сад был одним из тех мест, где рейдеры осман порезвились вволю, награбив полные трюмы добычи и убив всех, кто пытался им помешать. В процессе все четыре местных храма, конечно же, оказались разграблены, да и из светских владык никто не уцелел, — ответил чародею Арун Калидас, что, по всей видимости, перевел название города на русский язык. Лишь прошлым вечером верховный жрец Кали прибежал к чародею и был готов чуть ли не пинками поднимать «Тигрицу» в воздух, дабы корабль, как единственная боевая единица в зоне его досягаемости, обладающая достаточной мобильностью и мощью, попытался остановить творящуюся катастрофу. Но конечно Олег должен был справляться с внезапно нарисовавшейся проблемой не один. Из других мятежных провинций вооруженные силы тоже выдвинулись. Только они не успели. Никто не успел. — Споры насчет того, под чью руку отойдет это место немного затянулись…А просто так охранять его и наводить там порядок никто не захотел. И в лишенном всякой власти городе, где мертвые тела валялись и гнили на улицах, ибо некому было их убирать, вспыхнула эпидемия. В отличии от ваших северных стран они у нас, увы, явление достаточно регулярное. Только как оказалось это была не простая болезнь, а некий высасывающий жизненную энергию мор, превращающий трупы в готовые заготовки для поднятия в виде нежити или вселения всяких сущностей. И эти заготовки очень даже активно начал использовать темный культ, основанный каким-то талантливым некромантом, что то ли специально остался на нашей земле в расчете на обильный урожай жертв, а то ли в пьяном угаре от своих товарищей банально отстал.

— Может быть, это вампиры постарались? — Осторожно предположила Анжела, стоящая за спиной у мужа и готовая в любой момент двинуть его инвалидную коляску в любую нужную сторону…А вернее и вовсе убрать ту с верхней палубы судна, которому скоро предстояло в бой вступить. — Эпидемии и орды нежити — это их характерный подчерк. Может какой-нибудь кровосос-авантюрист с османами путешествовал, может они после окончания грабежа просто магическую бомбу с болезнью где-нибудь спрятали…

— Может быть, но вряд ли, — неуверенно пожал плечами верховный жрец Кали. — Кровососы делиться добычей очень не любят, а сумевший вырваться из города и добраться до меня кшатрий говорил не о создании могущественных тварей, а о призвании духов смерти…

Существа, уничтожившие город и ныне достаточно активно расползающиеся по окрестностям, не являлись демонами. Формально. Ибо призваны они были не из какого-то уголка преисподней, и из несколько иных мест. Тех, где энергии Смерти превалировали над всем остальным, а Жизнь являлась редкостью более ценной, чем вода посреди раскаленной пустыни. Однако для людей, внезапно для себя оказавшихся в эпицентре рукотворного катаклизма, особой разницы в том, кто конкретно их сожрет, не имелось. И пусть в первую очередь монстров интересовала прана, которую можно было бы поглотить вместе с плотью либо высосать из неё, но самые могучие из них и душам своей добычи обязательно нашли бы полезное применение. Да и меры противодействия подобным угрозам были плюс-минус одинаковыми. Найти эпицентр творящейся дряни в виде какого-то особо мощного существа, ритуала или артефакта, связывающего воедино два ну очень разных плана бытия, а после выжечь там всё и вся к чертям собачьим. Ну, или хотя бы разбить-разрезать на очень мелкие кусочки. Тогда чуждых этому миру энергий враз станет гораздо меньше, новые твари, жадные до чужой жизненной энергии, перестанут появляться сами по себе, а уже имеющиеся сдохнут, вернутся на свою историческую родину или как минимум сильно ослабеют, сделав зачистку территории задачей относительно тривиальной.