Книга Маленький мир, страница 40 – Владимир Мясоедов

— Так вот, касательно тренировки, господин, — отвлек Олега от созерцания чужих успехов пожилой геомант. — Я думаю, вам надо подготовить себе гроб.

— Гроб? — Переспросил чародей.

— Каменный, причем лучше бы из настоящей скалы, а не той, которую сделали магией, — кивнул головой кшатрий, почесывая свою полуседую бороду. — Только его надо сделать с дырочкой в районе головы, чтобы можно было пустой стебель бамбука туда вставить для вентиляции. Вы, господин, своими руками себе ложе высечете, дабы первичную настройку легче было провести, а после мы вас в нём зароем на пару человеческих ростов…Метод конечно неприятный и для полных новичков немножко опасный, зато действенный и быстрый, всё как вы просили. Каждый, кто откопаться смог, обязательно магом становился…Не всегда, правда, земли, некоторые и иными силами себе путь освобождали, но большинство учеников все-таки постигали на своих инстинктах суть геомантии…

— Жесткий метод, но видимо действенный, — поморщился Олег, уже раздумывая, где бы ему взять кусок скалы, подходящий для изготовления монолитного саркофага под свои габариты. — Все-таки мало какая вещь может мотивировать на открытие внутренних резервов столь же эффективно, как инстинкт выживания.

— Действительно, — согласился пожилой боевой маг. — Ну и за тех бездарей, кого даже подобное испытание не может стимулировать открыть в себе силу, после него стыдиться не приходиться. Бамбук вытащить и одну единственную дырочку закопать дело недолгое…

Интерлюдия. Цена жизней.

Сидя в не слишком-то красивом и напрочь лишенном украшений, но все же достаточно удобном кресле Анудж Горький Вестник испытывал довольно сложный букет эмоций, и даже не мог толком определиться — страдает он от данных впечатлений или все-таки наслаждается ими. С одной стороны ожидания приема отнюдь не добавляло хорошего настроения опытному воителю и могучему магу, вот уже много лет как принявшему на себя обязанности главы рода. Потомок многих поколений прославленных курьеров и гонцов, способных доставить практически любой ценный груз в практически любую точку того региона, который европейцы привыкли звать Индией, ценил пунктуальность и в себе, и в других. Опять же унижаться перед чужестранцем, выпрашивая помощь, ему честно говоря не очень-то хотелось…Как и делиться содержимым сокровищницы, которая была вовсе не такой уж полной, как многие думали, ибо с появлением летучих кораблей надобность в людях, умеющих быстро пересекать любую местность, при необходимости прорываясь сквозь ряды неприятеля или просто уклоняясь от стычек с ним, заметно снизилась. С другой стороны, если ему вдруг удастся решить нависшую над головой проблему, полученную по наследству еще от отца, и возникшую во многом благодаря попустительства деда, то это стоит и личного дискомфорта, и всего лишь денег, пусть даже золото потребуется в большом количестве. Ибо проблема эта, если и дальше откладывать её в долгий ящик, вполне способна однажды стать причиной гибели владений Ануджа, его семьи, да и самого Горького Вестника. Пусть он с честью заслужил свое прозвище, возвращаясь раз за разом с полей сражений, где погибали многие достойные люди, но сложно тем кого ещё с древности называют истинными магами противостоять угрозам, что и многие тысячи лет назад была бы приравнена к враждебному магистру. Да и звуки, доносящиеся из кабинета Олега Коробейникова, послушать было приятно. Мало кто из кшатриев любил англичан, причем не только вступивших в ряды восстания, но и тех, кто решил биться на стороне британской короны. А Самуэль Паулюс даже у своих соотечественников вызывал обычно искреннюю ненависть, ибо кто же любит взимателей налогов, особенно если они так и норовят добавить пару-тройку сотен лишних золотых монет к уже имеющимся суммам, дабы было чем свои карманы наполнить…Следить за тем как привыкший проворачивать разнообразные аферы высокопоставленный наглец, которого и тронуть-то нельзя было из-за его родственных связей, изворачивается подобно ужу на сковородке, явно предчувствуя ожидающие уже лично его проблемы, было увлекательно и где-то даже приятно.