Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 29 – Брендон Сандерсон

— Мне нужно навестить еще кое-кого. Увидимся через пару месяцев в моем монастыре.

Сзет постарался не думать о том, к кому она собралась.

Однако прежде чем уйти, Сиви отступила на шаг и наклонилась к нему:

— Позен тебя использует. Помни об этом.

— А ты? – спросил Сзет. – Ты меня не используешь?

Она молча подмигнула.

— Я согласился не потому, что ты от меня этого хочешь, или потому, что хочет он, – сказал Сзет. – Я это делаю ради ответов. Я выясню, что такое Голос.

— Мы все на это рассчитываем, – кивнула Сиви и ушла, прихватив с собой кружку.

Сзет, уходя, озаботился тем, чтобы заплатить за нее. Бесплатные напитки – это одно, но не следует злоупотреблять положением, унося из таверны посуду.

Посреди поля боя Сигзил схватил своего оруженосца Дэти и закричал. Воззвал о помощи, о буресвете, о целителе. Слова потонули в хаосе красных молний и выкриках солдат: враг хлынул в проделанную мертвым громоломом брешь, вновь прорвав оборону. На земле вокруг полыхнули молнии, отражая небесные: выпустили свою силу буревые формы.

У Дэти выступила кровь на губах, и он дрожал в окружении спренов боли – маленьких ладошек без тела, царапавших землю. Он тяжело дышал без буресвета, вытянутого в ходе стычки с Небесными.

— Возьми у меня! – крикнул Сигзил. – Дэти, возьми свет у меня!

Однако его самосветы оказались пусты.

Дэти, ахнув, прижал руку к лицу. Струйки крови мешались с дождем.

— Она наступает! – возопил он. – Ночь скорбей! Я стою на краю рассвета и вижу, как она надвигается, поглощая весь свет, всю жизнь, всю надежду! Она наступает!

Свет Дэти померк. Сигзил снова закричал и схватил пику валявшейся поблизости мертвой Небесной, рухнувшей там, где он ее сбил. Вскинул оружие, высосавшее буресвет Дэти, и заорал во тьму, ища врагов для убийства.

Их нашлось предостаточно.

— Сигзил, – прошептала Вьента, – ты командующий. Ты не можешь позволить себе ярость. Ты должен отступить и найти буресвет.

Он рванул к группе солдат, окруженных Царственными в свирепой форме, с громоздким, покрытым шипами панцирем и светящимися красными глазами. Сигзил ворвался в их ряды, убивая оружием, способным высасывать из врагов пустосвет, развеивая его в ночи, поскольку механизм с самосветом в навершии пики треснул от удара о землю. Во второй руке он держал Вьенту в виде короткого кинжала.

Прорвавшись, он обнаружил среди солдат двоих гранетанцоров. В считаных футах от умирающего, которого они могли бы спасти, если бы знали. От понимания этого под ногами ветробегуна вскипело еще больше спренов гнева.

«Сигзил, тебе нужно перегруппировать наши силы, – сказала Вьента. – Ты не сможешь вернуть Дэти. Пора отступать».

Но он продолжал убивать. Враги вечно его недооценивали, потому что он был ниже многих алети вокруг. И шквал побери, его логическая сторона никак не желала заткнуться. Она соглашалась с Вьентой. Расчистив дорогу тем солдатам, он повел их и гранетанцоров в отступление к задней части Нарака-четыре, где выстраивалась линия их обороны. Он отпустил клинок и бросил трофейную пику оружейнику, затем взял самосветы у мальчика-посыльного, чьей задачей было доставлять их Сияющим в поле.