Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 48 – Брендон Сандерсон

Он поднялся на колени в тени умирающего громолома. Ярдах в двадцати на коротком уступе стоял Вестник Йезриен. Он имел более царственный вид, чем в первых видениях, но, возможно, дело было в одежде: белой с синим, без мехов, из более изысканной ткани, чем в древности. Одеяние пятнали кровь и сажа, но подобные детали Далинар связывал с королевским положением.

— Чана! – окликнул его Йезриен. – Сюда!

Значит, сейчас он в ее теле? Рыжеволосой телохранительницы? У Далинара сложилось впечатление, что она входила во внутренний круг Йезриена даже среди Вестников. Она, Йезриен и Ишар.

Далинар поспешил присоединиться к Йезриену на уступе. Оттуда он увидел, как солдаты выискивают на поле боя выживших.

Где же Навани? Найдет ли и она дорогу в это видение? Шквал! Он взглянул на наруч. Шел шестой день, оставалось четыре. Он так много узнал из этих видений о Чести и Клятвенном договоре, но главная тайна по-прежнему от него ускользала: как убедить силу признать его новым хозяином?

Далинар потянулся к своей Связи с Навани, чтобы вытащить ее к себе, но ничего не нашел. Он разрывался между желанием отыскать их с Гэвом и потребностью двигаться дальше, потому что Йезриен пошел вперед.

До сих пор Далинар попадал в это видение уже после того, как Вестники отреклись от клятв. Если пойти с Йезриеном, можно будет увидеть, как это произошло. Связано ли это с Честью и его силой? Такое казалось вероятным.

— Поспеши, – позвал Йезриен. – Ишар уже на месте. Я хочу добраться туда раньше остальных.

Далинар нагнал его. Он волновался за Навани, но надеялся, что она уже в теле другого Вестника.

— Ты видела кого-то еще? – спросил Йезриен. – Может, Калака? Мне кажется, все остальные выжили. Мы снова это делаем: избегаем риска. Прячемся от битвы. Все, кроме…

— Кроме Тальна, – сказал Далинар.

Йезриен кивнул:

— Я послал Баттар и Ведель проверить, как там моя дочь, главным образом чтобы чем-то их занять. Нам нужно принять решение быстро, пока они не начали подтягиваться.

— Решение…

Далинар знал, что Йезриен имеет в виду: речь пойдет о решении не возвращаться на Брейз. О решении предоставить Тальну нести Клятвенный договор в одиночку.

Трусость. Вот только Далинар видел, как Йезриен опускает взгляд в землю, когда говорит. Видел, как у него дрожат руки и как ему приходится сжимать кулаки, чтобы это скрыть. Он вдруг показался не царственным, а изможденным. Подавленным. Далинару ли судить о том, что могут сделать с человеком тысячелетия пыток?

— Йезриен, – сказал он, – я все еще не понимаю, даже столько веков спустя, как все это работает. Звучит ли такое признание по-идиотски?

— Нет, – тихо ответил Йезриен. – Пожалуй, нет. Это смело, Чана. Тебе следует понять, прежде чем мы примем решение.

— Каким образом наша смерть запирает Сплавленных? – спросил Далинар.

— Брейз, – произнес король. – Планета. Она естественным образом притягивает души. Честь превратил ее в темницу, но темнице нужен замо́к.

— И… этот замок – мы? – спросил Далинар.

— Замок – наша клятва. Поскольку первым Связь с нами установил Вражда, когда дал нам силы на Ашине, Честь сумел использовать эти узы против него. В сочетании с данным нами обещанием это стало силой, удерживающей Сплавленных. – Взгляд Йезриена стал отсутствующим. – Так… поступают боги. Мы создаем оковы за счет силы воли, удерживая на Брейзе других, с кем Связаны, – тех, кто в каком-то смысле заменил нас. Это было бы невозможно, если бы не странная природа той планеты, многократно увеличивающая силу наших десяти клятв.