Онлайн книга «Внук Персея. Книга вторая. Сын хромого Алкея»
|
Так и стала из Дионисовой Лисы — Тевмесская лисица. Чудовище, проклятие Фив. * * * — Очищу, — сказал Креонт. — Свадьбу вам сыграю. Только убей. — Как? — безнадежно спросил Амфитрион. Иди в Фивы, подумал он, и встреть судьбу. Ядовитое пророчество; ядовитая судьба. Страшное чудовище можно взять отвагой. Сильное чудовище можно взять хитростью. Хитрое — силой. Но чем взять чудовище, которое ты не можешь догнать? Оно умчится прочь, а ты останешься, как дурак, со всей своей силой, отвагой и хитростью. Вот он, залог очищения: соверши подвиг, который нельзя совершить. — Не знаю. Как сумеешь. Кто у нас герой? — А кто у нас герой? — Ты — правнук Зевса. Внук Персея, Убийцы Горгоны. Сын Алкея Могучего, который чуть не убил Птерелая Неуязвимого. И ты еще спрашиваешь: кто — герой? Сын Алкея, вздрогнул Амфитрион. Сын хромого Алкея? Нет, сын Алкея Могучего, который чуть не убил… Вот, значит, как они думают здесь, в Фивах. А может, не только в Фивах. Жаль, мы с отцом… И он еще раз вздрогнул от простого, обжигающего, забытого, казалось, навсегда: «мы с отцом». — Дом тебе отдам, новый. Для себя строил, у Платейских ворот. Лучших зодчих оплатил, Трофония с Агамедом. Для себя ведь… Чувствовалось, что дома Креонту жалко. А ведь отдаст, не соврет. Ровесник Амфитриона, фиванский басилей спал с лица, сутулился при ходьбе. Высокий лоб покрыла сеть морщин. Призрак Тевмесской лисицы, истребительницы детей, преследовал Креонта днем и ночью. — Введешь молодую жену в новый дом. Утварь пришлю, ложа, столы. Лари с одеждой… Все пришлю. Над моими воинами поставлю. Командуй! Только убей гадину… И еле слышно: — У меня две дочки. Жена на сносях. В конце лета родит. Надеюсь на мальчишку. Что, если жребий падет на меня? Убей, прошу! Тиресий сказал: ты — наша судьба. Еще вчера сказал. Народ с утра ждал: когда же ты явишься… — Меламп сказал: Фивы — моя судьба. Провидцы, чтоб им… Амфитрион подошел к краю стены, глянул вниз. Долину затапливали сумерки. Ближе к Халкиде, в лесах, вспыхивали мимолетные искорки. Гасли, вновь являлись взору. Хвост, подумал он. Хвост из огня. А может, закат отражается в реке. Ожоги, полученные в схватке с Тевмесской лисицей, напомнили о себе. Огонь. Старое кострище. Детские кости в золе. Не твои дети, напомнил кто-то, мудрый до тошноты. Чужие, согласился Амфитрион. У меня нет детей. И будут ли, неизвестно. — Хорошо, — кивнул он. — Я постараюсь. — Клянись! Не такого ответа ждал от Амфитриона-Изгнанника басилей Креонт Фиванский. Постараюсь? Разве это слова героя?! Герой должен был сказать: «Убью!» И топнуть ногой. Постараюсь… Жалкое обещание, смутная надежда. Если не подпереть клятвой — развеется на ветру. Амфитрион молчал. — Клянись! — упорствовал Креонт. — Завтра же очищу! Через три дня будем вино пить на твоей свадьбе. Все дам, все сделаю. Клянись, что избавишь Фивы от чудовища! Как дед твой, великий Персей… Тенью деда клянись! Амфитрион смотрел в лиловую мглу. И видел хрупкую девочку в лисьих шкурах. Чудовище, которое надо убить. Он представил, каким увидел его прославленный дед свое, предназначенное Персею судьбой, чудовище. Говорят, Медуза была прекрасней богинь. Дед убил ее, не колеблясь. Отрезал голову. Дед и позже убивал женщин, отринув сомнения. Теперь пришел черед внука. «Ты уже совсем большой, — согласился Персей, тенью встав за спиной. — Я буду держать, а ты — убивать. Договорились?» Не надо, возразил Амфитрион. Не надо держать. Я уж как-нибудь сам. |