Онлайн книга «Внук Персея. Книга первая. Мой дедушка — Истребитель»
|
— Взгляни на меня, Персей! — взвыло чудовище. Амфитрион не ответил. Он видел в кругляше — в зеркале! в чудесном щите! — оскаленный лик Медузы. С шипением вздымались и опадали волосы-змеи. Мелькали скрюченные пальцы с когтями-серпами. Слепили взор золотые перья крыльев. Меч полоснул горячий воздух — мимо! Главное — не выпустить врага из зеркала. Иначе возникнет перед тобой, взгляды сойдутся — и станешь камнем на веки вечные. Или вцепится в шею медью когтей, разорвет глотку… Отражение метнулось в сторону и исчезло. Амфитрион повел зеркалом; под ногами хлюпнула волна, зашуршала мелкой галькой. Мальчик и не заметил, как оказался по колено в воде. Вода… Он глянул вниз. Ему повезло. Одна волна уже откатилась, утратив силу, а следующая еще не достигла берега. В водной глади ясно отразилась Медуза, крадущаяся к жертве. Торжествуя, взвизгнул меч. Амфитрион рубанул не оглядываясь, наотмашь, через плечо — сверху вниз. И еще раз — снизу вверх, чтоб наверняка. — Победа! Где ты, следующая Медуза? Герой убьет и тебя! Навплиец понурился, честно признавая поражение. На груди его розовел тонкий след от хворостины. Ну, и где же восторженный народ? Кто первым восславит Персея Горгофона? Народ, к изумлению мальчика, безмолвствовал. Народ воротил носы. Дружное сопение было единственной песней в честь сына Златого Дождя. — Опять Персей победил… — протянул кто-то. — Жалко. Вот если б Медуза его… — Угу. Надоело… Вот, значит, как. Ладно. Амфитрион выбрался на берег и пошел прочь, с трудом сдерживаясь, чтобы не побежать. 6 Не иначе, Эрида, богиня раздора, толкнула его под руку. Сбивая ноги на камнях, острых и скользких, он спустился к морю по южной стороне мыса — там, знал мальчик, пряталась укромная бухточка. Пляж здесь был — двоим тесно. Всюду громоздились валуны, лоснясь мокрыми боками. Закон гостеприимства валуны презирали. Играть в бухте никто не хотел, зато любой желающий мог всласть позлобиться на судьбу в гордом одиночестве. С одиночеством не вышло. Эрида властной рукой вела жертву к цели — от малого раздора к великому. Едва Амфитрион взобрался на обломок скалы, густо поросший водорослями, как в волнах мелькнула чья-то голова. Оглядевшись, мальчик приметил женский пеплос, ждущий хозяйку на гальке. Уйти? Получится, что он бежит. И остаться стыдно — решат, что подглядывает; и удрать — неловко… — Ах ты бесстыдник! Хохоча во всю глотку, из воды на берег выходила наяда — любимая сестра Анаксо. Плясали тяжелые груди с темно-коричневыми сосками. Плясали бедра, равно способные к любви и рождению детей. Смуглые плечи, налитой живот, треугольник кучерявых волос в паху, похожий на гроздь черного винограда — танец завораживал. Амфитрион смотрел на Анаксо во все глаза, и Зевс Сокрушитель не заставил бы мальчика отвернуться. Он знал, что делает бык с телкой, и баран с овцой, и молодой стражник с рабыней, дождавшейся милого на закате. Будь Анаксо прозорливей, она бы заприметила во взгляде брата не похоть — опасность. Но женщина смеялась, ослепнув для подозрений. — Ты ошибся, дурачок! — она и не думала закрываться. — Я ж сказала: племянницы! У нас в роду не вожделеют к сестрам… Анаксо стала вытираться накидкой, лежавшей под пеплосом. — Знаешь, я от них сбежала. Надоели! Малая с бабушкой, а я раз — и к морю. Хоть миг, да мой! Толкутся вокруг, советами замучили… |