Книга Ворон из пустого гроба, страница 102 – Тисато Абэ

— Состав я продумаю. Если они тебя знают, жаловаться не будут. На месте сам разберешься.

Харума сидел все с тем же серьезным видом, однако глаза его засверкали.

— Это честь для меня! Приложу все силы, чтобы оказаться вам полезным!

— Отлично. Сегодня можешь отдыхать.

— Тогда оставлю вас.

Юкия тихонько улыбнулся, глядя, как кохай легким шагом выходит из палатки. Сам мальчик этого не знал, но сэмпай первое время после знакомства опасался его. Когда Юкия стал «побегом», комнату пришлось делить с наглыми и дерзкими кохаями. Послушание в них кулаками вбил Юкия, глубоко, до мозга костей вселил уважение к старшим. Конечно, он осознавал, что сам дерзил побольше новеньких, поэтому знал, что смирных кохаев в мире не существует. Изначально покорного Харуму он не понимал и подозревал… Однако позже заметил, что тот действительно искренне его обожает, и невольно задумался о прожитых годах.

Харума не пропускал ни единого занятия «учебного клуба», которым руководил Юкия, и выполнял всякие мелкие дела по собственной воле, даже если сэмпай ничего не приказывал. Он так старательно заботился о Юкии, что однокурсники даже подшучивали, мол, Юкия гоняет «семечек» в хвост и в гриву.

К тому же Харуму рекомендовали за светлую голову – и он действительно был отличным учеником. Практические умения еще следовало подтянуть, зато в военном деле он делал успехи, так что из всех кохаев в Кэйсоин именно он лучше всех мог понять планы Юкии.

Со временем Юкия стал видеть в Харуме не просто рядового кохая, а даже почти братишку, оставленного в северных землях. Он искренне радовался при мысли о будущих победах Харумы, однако сейчас надо было разобраться с собственной задачей.

Обычно он целую ночь продумывал ход сражения, сегодня же знал тактику заранее. Жаль соперника, но завтра важнее обойтись коротким боем. Юкия лег спать пораньше.

Он проснулся с восходом солнца, обернулся птицей и осмотрел поле боя сверху. Погода отличная, ветра нет. Проблем, которые могли бы возникнуть во время операции, не предвиделось.

Он вернулся в палатку, где провел ночь: там уже начал собираться отряд кохаев, готовых исполнять команды. Во главе их в полной готовности его ждал Харума.

— Доброе утро. Как в воздухе?

— Легкий ветерок, облаков нет. Погода отличная, – ответил Юкия, приняв человеческий облик и повязывая меч.

— Это хорошо.

— Что ж, я на вас рассчитываю.

— Не волнуйтесь!

Когда они выстроились на подготовленной площадке, из Кэйсоин прибыли наставники-наблюдатели. На шесте подняли белое знамя, воспитанникам раздали белые ленты.

Под командованием Юкии было тридцать человек, им разрешили пользоваться короткими бамбуковыми мечами и стрелами кабура-я со специальной насадкой, издающей в полете особый свист. Экзамен заканчивался, когда противник забирал знамя командующего, а те, с кого сорвали ленту или кого наблюдатели признают погибшими, должны быстро покинуть поле. Сражение продлится до следующего полудня.

Все ждали, построившись в шеренги, и наконец издалека раздался звук барабана тайко. Начался последний для Юкии экзамен в Кэйсоин. Юноша сразу отдал распоряжение своему отряду.

— Харума, ты с тремя воинами немедленно отправляйся в сторону врага по ближайшему тоннелю.

— Слушаюсь!

— Остальные, оставьте одного человека у флага и всем отрядом двигайтесь в лагерь противника.