Книга Ворон из пустого гроба, страница 25 – Тисато Абэ

— К состязаниям перед правителем?

— Мы же в Кэйсоин! – засмеялся Юкия. – Телохранители дома Сокэ не могут быть как головорезы. Мы изучаем не драки, а благородный бой, поэтому вполне понятно, что замечания делают тем ятагарасу, которые не получили надлежащего обучения. Хотя, конечно, ваше раздражение понятно.

Юкия будто успокаивал их.

— Главное, что из-за неправильно заученных движений потом будут травмы, так что лучше послушно следуйте указаниям. Учитель Касин, конечно, резок на слова, а все-таки неверных замечаний он ни разу не сделал.

— Думаешь?

Сигэмару не знал, верные ему делают замечания или неверные. Но Юкия, глядя на озадаченных товарищей, бодро сказал:

— Не волнуйтесь. Акэру действительно не исправляют. Только это не потому, что он сын Западного дома. Я думаю, что он еще до поступления брал уроки у отличного учителя. Его просто нет необходимости переучивать.

Ребят немного успокоило, что любимчиков у наставников нет, но в то же время потревожила мысль: вот, оказывается, как проявляется разница между ними.

Юкия продолжал, не обращая внимания на задумавшихся товарищей:

— Догадываюсь, что вас беспокоит разница между вами и аристократами, но, если человек демонстрирует образцовые движения в зале, это еще не значит, что он силен в бою. Наверняка, если дело дойдет до разминочных поединков или боевых схваток, вы легко одолеете их.

— Думаешь?

— Так ведь они же к дракам непривычные.

Юкия прищурился, уголки губ поднялись вверх, однако теперь это совсем не было похоже на улыбку.

— Если долго наблюдать за другими воронами, примерно понимаешь, кто на что способен в деле. Ведь действительно, всех вас взяли сюда за ваши умения. Скорее всего, по физическим возможностям вы одни из лучших.

— А ты что, на занятиях наблюдал за остальными? Я, например, только о себе успеваю думать, – удивленно заметил Кицубэй.

— Если исключить ребят вроде меня, которые происходят из воинских семей и благородные только по названию, наверняка Акэру и его товарищи довольно скоро покажут свои истинные лица, – уверенно заявил Юкия, и ребята переглянулись.

— Ладно. Поверим Юкии и постараемся сделать все что можем. Да? – Сигэмару оглядел друзей, ища согласия, и даже те, кто возмущался, послушно закивали: «Да, попробуем».

Неизвестно уж, насколько прав был Юкия, однако ему удалось убедить сокурсников, так что Сигэмару пока мог не беспокоиться. А всего через несколько дней они убедились в том, что почти все слова Юкии попали в цель. Действительно, довольно скоро стало ясно, что наставники вовсе не относились к воспитанникам по-разному. Ребята из простолюдинов, освоившие правила нападения, тоже понемногу стали участвовать в разминочных поединках.

Технику осваивали, сражаясь деревянными мечами бокуто, а на тренировочных поединках и ради отработки ударов дрались бамбуковыми синаями. Сигэмару радовался, глядя на махавших оружием товарищей, оживших, словно рыбы, попавшие в воду, и тут произошло нечто заставившее их признать почти полную правоту Юкии.

Среди дружков Акэру, которые один за другим терпели поражение от простолюдинов, он один продолжал сохранять свое положение лучшего бойца. Те, кто завидовал Акэру, вызывали его на бой, как только получали право участвовать в разминочных поединках, но никто так и не заработал ни очка.