Книга Ворон из пустого гроба, страница 51 – Тисато Абэ

Золотой Ворон – отец всех ятагарасу и мать им.

Во все времена должен он с любовью в сердце встать во главе своих детей, своего народа.

Какие бы невзгоды ни ждали впереди, обязан он защищать свой народ, направлять и вести его.

Золотой Ворон – предводитель всех ятагарасу.

Для ятагарасу истинный Золотой Ворон – совершенный и безупречный правитель. Так говорят, потому что его душа на первое место ставит народ страны – так думал Нацука. Надзукихико не такой, как он. Он умеет латать прорехи на границах Ямаути, оборачиваться по ночам, понимает сущность ятагарасу. И у него чистое сердце, которое позволяет ему пользоваться этими способностями в интересах всех, кроме себя самого. Нацука верил, что именно в этом и заключается самое большое различие между братьями.

Неужели этого недостаточно, чтобы стать истинным Золотым Вороном?

— «Истинный Золотой Ворон» в буквальном смысле является «родителем всех ятагарасу». – Дрожа, старик протянул руку к молодому господину. – Первый Золотой Ворон, пришедший на нашу землю вслед за Ямагами-сама, родил четверых детей. Эти дети основали четыре дома. Он прародитель всех ятагарасу в Ямаути, а его перевоплощение и есть истинный Золотой Ворон.

Будь молодой господин истинным перевоплощением, он знал бы все это сам. Вспомни он свою историю – и жрецы во главе с Белым Вороном встанут под знамена повелителя.

— Не в этом состоит наша роль, – задыхаясь, говорил верховный жрец. – Пока истинного правителя нет, вместо него церемонии проводит Белый Ворон, а политику вершит его воплощение. Наша задача – разделить обязанности и помогать друг другу, пока не вернется Его Величество. Но мы думать не думали, что наступит время, когда придется решать, является ли юноша истинным Золотым Вороном. Мы считали, что к молодому господину вернется память, когда на запретных воротах спадут засовы. Конечно, от бессловесного дитяти мы ничего не ждали, но надеялись, что он повзрослеет и все вспомнит.

Однако ничего не произошло, даже когда молодой господин вернулся из внешнего мира и прошел церемонию покрытия главы^[16]. И это совершенно не входило в расчеты Белого Ворона. Поскольку самое важное условие не было выполнено, он никак не мог признать молодого господина истинным правителем. Верховный жрец до последнего момента надеялся, что память вернется к наследнику, но, когда заговорили о передаче власти, больше ждать не имело смысла.

Молодой господин, до сих пор молча слушавший Белого Ворона, тихо спросил:

— Значит, я все-таки не истинный Золотой Ворон?

— Точно сказать нельзя, – ответил Белый Ворон, дыша с трудом.

Вместо него взялся объяснять старший жрец.

— Нет никаких сомнений в том, что вы наиболее приближенное к Золотому Ворону существо. Ваши способности определенно такие же. И уж точно вы не обычный ятагарасу. Но все же нельзя сказать, что Золотой Ворон полностью перевоплотился в вас. Вы ни то, ни другое.

— Так кто же я? – растерянно пробормотал молодой господин.

Его можно было понять. Если бы он не спросил об этом, на жрецов накинулся бы с расспросами Нацука.

— В голову приходит одна возможность. – По знаку Белого Ворона жрец снова заговорил. – Ваше Высочество, господин Нацука, вы знаете, что это?

Он указал на каменные ящики в центре помещения, стоящие по кругу отдельно друг от друга. Из них текла вода. Братья пожали плечами, и священник кивнул.