Книга Драконоборец, страница 7 – swfan

Это был сигнал, после которого началась стремительная и кровавая бойня. Всего семнадцать охотников отправились на поиски — за несколько секунд их число сократилось до единственной дюжины.

Каждый мушкет успевал совершить единственный выстрел, после чего затихал навсегда, ибо на перезарядку совершенно не было времени. Цель была огромна, однако почти все выстрелы приходились в непробиваемую броню. Многие пули вонзались в отдалённые деревья (одна и вовсе угодила птицу, которая, пользуясь моментом, набросилась на человека на шампуре), после чего отчаянные стрелки падали на землю, прижатые громадными ногами в серебристых сапогах. Испуганные крики превращались в рёв ужаса и хруст костей, который ещё сильнее сотрясал руки стрелков, и драгоценные пули летели в облака.

Один из мужчин бросил мушкет, заревел как безумный и ринулся на великана с топором, которым в своё время срубил голову тридцать одному гоблину, о чём рассказывал по вечерам своим детям, в горящих глаза которых отец был таким же мифическим героем, как Рыцарь Лазурной Перчатки.

Теперь этот герой валялся на землю, скрюченный, как сломанная кукла.

Двенадцать мушкетов.

Девять.

Три.

Выстрелы гремели один за другим, и наконец среди охотников остался единственный мужчина, ружьё которого ещё было заряжено. Лицо его было серее самого пасмурного неба, а руки дрожали так, будто он нагишом стоял на суровом северном морозе; от него потребовались все силы, которые он растил в себе тридцать долгих лет, просто чтобы нажать на курок, в последний момент он даже закрыл глаза, и Бах!

Рёв.

Мужчина приоткрыл веки и вздрогнул, когда увидел чёрное пятнышко прямо посреди головы великана, из которого бежала кровавая струйка. Неужели получилось? Неужели они справились? В сердцах людей загорелась надежда, когда прекрасное лицо великана исказила болезненная гримаса. Он поморщился… как если бы его укусила маленькая пчёлка; затем провёл рукой по голове, спокойно вырвал пульку, которая пронзила кожу, но даже не поцарапала могучий череп, и раздавил стрелка своим огромным сапогом.

Надежда погасла. Мушкеты и мечи стали падать на землю. За ними последовали солдаты, которые свалились на колени. Гиганты обратили на них свои невозмутимые серебристые глаза и уже было протянули руки, намереваясь бросить в клетки, превращая свободных людей в скот, который однажды неминуемо закончит в кастрюле или на шампуре, как многие десятки миллионов представителей их вида в пределах этого мира, мира за границами горизонта, весь ужас которого люди ещё не понимали, как вдруг перед ними показалась единственная фигура, которая всё ещё стояла прямо.

В руках у неё не было ни мушкета, ни топора. Гигант с пренебрежением посмотрел на последнего храбреца и протянул к нему свою окровавленную руку — мужчина в латах вытянул навстречу собственную, закованную в чёрную перчатку…

Его звали Родрик, ему был тридцать один год, он вырос на юге, перебрался на север, женился, завёл детей, продемонстрировал необыкновенный талант и получил покровительство принцессы Калифорнии, и всё это не имело в данный момент ни малейшего значения на фоне того простого факта, что он был Громогласным рыцарем.

Когда серебристый великан опустил на него свою гигантскую руку, намереваясь подавить последнее сопротивление человеческой расы, Родрик тоже почувствовал ужас, который свалил всех остальных людей на колени, однако рыцарь, в отличие от смердов, не бежит, но бросается навстречу страху.