Книга Терновая цепь, страница 230 – Кассандра Клэр

По-видимому, Анна серьезно ранила ее. Рукав платья пропитался кровью. Но Татьяна не обращала на это внимания. Она вертела в руках серебристый кинжал и вполголоса напевала какой-то зловещий мотив.

Корделия почувствовала, что Джесс стоит рядом. Он беззвучно вошел в комнату и разглядывал мать в тусклом свете волшебного камня.

Старуха подняла голову, скользнула равнодушным взглядом по лицу Корделии и уставилась на сына.

— Значит, она воскресила тебя, – прокаркала Татьяна. – Эта маленькая тварь, дочь Эрондейлов. Я так и думала, что она попытается, но не могла предположить, что ты позволишь ей это.

Джесс не шевелился. Корделия едва не выпалила: «Она сделала это с помощью Грейс». Но зачем? Эти слова не могли ничего изменить.

— Мне казалось, что ты именно к этому и стремилась, матушка, – произнес Джесс. – Снова видеть меня среди живых.

Корделия заметила, что он с трудом сдерживается. Но старался говорить медленно и спокойно, тянул время, чтобы остальные успели войти в дом и отрезать Татьяне пути к бегству.

— По мне, так лучше бы ты умер! А теперь ты связался с этим проклятым отродьем, – прорычала Татьяна. – Эрондейлы, Карстерсы – ты же прекрасно знаешь, сколько зла они причинили нашей семье. Тебе ведь известно об их интригах и подлостях, не правда ли, мой преданный, умный сын?

В ее голосе появились тошнотворные слащавые нотки; Джесс побледнел, а Татьяна злобно покосилась на Корделию. «Если ты только шевельнешься, крыса, я пристукну тебя табуреткой, и мне плевать на Лилит и на то, что она сделает со мной», – подумала Корделия.

Раздался негромкий свист. Джесс вытащил из ножен меч Блэкторнов. Блеснул терновый венец, выгравированный на гарде.

Татьяна улыбнулась. Неужели ей все-таки приятно видеть сына с фамильным мечом? Несмотря на все, что она сейчас наговорила?

— Ты больна, матушка, – заговорил Джесс. – Твое восприятие мира искажено. Твоя вера в то, что тебя преследуют враги, что все эти люди, эти семьи пытаются причинить тебе вред – это просто способ уйти от реальности. Ты не смогла справиться с горем после смерти моего отца. После смерти твоего отца…

— Все это ложь, – прошипела Татьяна. – Я не больна! Они пытались меня уничтожить! Отнять у меня положение в обществе, богатство и власть!

— Ты ошибаешься, – тихо произнес Джесс. – Теперь я познакомился с ними и понимаю. Правда гораздо более сурова. И я думаю, она тебе известна. Они не пытались тебя уничтожить все годы после смерти моего отца. Они не планировали изгнать тебя или погубить. Они вообще о тебе не думали.

Татьяна вздрогнула – наконец она утратила самообладание, перестала притворяться. И в тот момент, когда она услышала правду от собственного сына, Корделия увидела ее истинное лицо. Увидела горечь, отчаяние, разочарование в жизни, которые толкали ее на преступления.

Татьяна начала подниматься. Джесс крепче сжал рукоять меча. В коридоре послышались торопливые шаги, дверь распахнулась, и вошел Джеймс, вооруженный тяжелым средневековым клинком.

Он был весь в синяках и ссадинах, над левым глазом виднелся глубокий кровоточащий порез. Должно быть, сцена показалась ему странной, подумала Корделия, – его жена и Джесс застыли на пороге, Татьяна сидит перед пианино в окровавленном платье. Но он не медлил ни секунды. Джеймс поднял меч и направил острие в грудь Татьяны.