Книга Терновая цепь, страница 301 – Кассандра Клэр

Томас внезапно сел на пол, как будто у него отнялись ноги. И Корделия вспомнила все те моменты, когда она видела Кристофера и Томаса вместе, как они болтали, смеялись или просто читали каждый свое в дружеском молчании. Это было вполне естественно, ведь их друзья, Джеймс и Мэтью, были парабатаями и тоже всегда держались вместе, но причина была не только в этом: Томас и Кристофер подружились потому, что их характеры дополняли друг друга.

И еще потому, что они были знакомы с детства. В течение одного года Томас потерял сестру и друга, который был ему практически братом.

Мэтью встал. Подошел к Томасу и опустился на пол рядом с ним. Он взял друга за руки, и Томас, который был намного выше и крупнее, уцепился за Мэтью, как утопающий за спасательный круг.

— Мне нельзя было уезжать, – с истерическими нотками в голосе заговорил Томас. – Мне следовало остаться… я бы защитил его, уберег…

Алистер побледнел. Корделия поняла: если Томас будет и дальше винить себя в смерти Кита, терзаться, что во время трагедии был где-то с Алистером, это убьет ее брата. Он и без того нес почти непосильное бремя.

— Нет, – резко произнес Мэтью. – И не вздумай это повторять. Кит погиб по чистой случайности. На его месте мог оказаться любой из нас. Врагов было слишком много, они были сильнее. Ты ничего не смог бы изменить.

— Если бы я был там… – как в бреду, повторял Томас.

— Ты лежал бы сейчас рядом с Кристофером. – Мэтью поднялся на ноги. – И тогда мне пришлось бы жить дальше без двух моих лучших друзей, без половины моего сердца. Очень хорошо, что тебя не оказалось в Институте, Томас. Ты был вне опасности. – Он повернулся к Алистеру, и Корделия увидела, что его зеленые глаза ярко блестят от непролитых слез. – Не стой столбом, Карстерс, – бросил он. – Сейчас Томасу нужен не я. Ему нужен ты.

Алистер явно растерялся, и Корделия сразу поняла, о чем он думает: «Это не может быть правдой, не может быть, чтобы Томас нуждался во мне, хотел моего общества сейчас».

— Иди, – сказала девушка и слегка подтолкнула брата.

Алистер решительно расправил плечи, как будто готовился к битве, пересек Святилище, прошел мимо Мэтью и опустился на колени рядом с Томасом.

Томас поднял голову.

— Алистер, – прошептал он, словно это имя было талисманом, оберегавшим от боли и горя, и Алистер обнял Томаса с нежностью, поразившей Корделию. Он привлек юношу к себе и поцеловал его глаза, потом лоб. Корделия подумала: если кто-то и недоумевал раньше по поводу их отношений, сейчас все сомнения развеялись. И она была этому рада. Хватит с них секретов.

Она поймала взгляд Мэтью и попыталась улыбнуться ему. Улыбки не вышло, но Корделия надеялась, что он прочел в ее глазах то, что она хотела ему сказать: «Хорошая работа, Мэтью».

Джеймс нахмурился, не глядя на обнявшихся Томаса и Алистера. Казалось, он что-то услышал. И в самом деле, со двора донесся топот копыт.

— Это Балий, – заговорил Джеймс. – Лошадей несколько. Должно быть, Чарльз вернулся с патрулем.

Мэтью кивнул.

— Думаю, надо пойти и узнать, что они обнаружили, – произнес он голосом смертельно усталого человека. – Во имя Ангела, неужели эта ночь никогда не кончится?

Они покинули Святилище. Остались лишь Анна, которая молча покачала головой, когда Джеймс предложил ей выйти на улицу, Ари, не желавшая оставлять Анну, и Грейс. Идти куда бы то ни было она была просто не в состоянии.