Книга Механический принц, страница 193 – Кассандра Клэр

«Джем — это мой грех».

А ведь Тесса права. Сначала он хотел, чтобы она порвала с Джемом, чего бы это ни стоило, а теперь понял, что он не смог бы так поступить. «Поверь хотя бы в мою честь… и чувство долга», — сказал он тогда Джему и сам верил в это. Он ему жизнью обязан. Разве смог бы он забрать у Джема то, чего тот желал больше всего на свете? Для друга он готов был пожертвовать своим счастьем, и не только потому, что он в неоплатном долгу перед ним. Ведь он поклялся любить его так же, как самого себя!..

Джем выглядел не только счастливым, но и окрепшим. На щеки вернулся румянец, спина не гнется под тяжестью забот и болезни.

— Хочу извиниться перед тобой. Я был слишком суров тогда, в притоне ифритов. А ты просто пытался забыться.

— Нет, ты был совершенно прав…

— Нет, я виноват. — Джем поднялся. — Я был слишком суров, потому что мне больно видеть, как ты относишься к себе. Будто ты никто. Что бы ты ни делал, я знаю, каков ты на самом деле, ведь ты мой брат по крови! Ты не просто лучше, чем пытаешься казаться, ты гораздо лучше многих. — Он ласково коснулся его плеча. — Уилл, ты достоин большего!

Уилл закрыл глаза и увидел черный базальтовый зал заседаний, на полу два горящих круга. Джем шагает из своего круга к Уиллу, и они стоят вместе, отгороженные от всего мира стеной огня. Еще пока черные глаза сверкают на бледном лице. Уилл вспомнил слова клятвы побратимов: Куда ты пойдешь, туда и я пойду; где ты умрешь, там и я умру и погребен буду; пусть то и то сделает мне Ангел, и еще больше сделает; смерть одна разлучит меня с тобою^[39]. И вдруг тот же голос заговорил с ним уже наяву.

— Спасибо, что спас Тессу.

Не в силах встретиться с ним взглядом, Уилл отвернулся и посмотрел на стену: там мешались их тени, и нельзя было понять, где кончается один юноша и начинается другой.

— Спасибо, что был рядом, когда брат Енох вынимал осколки из моей спины.

— Зачем же еще нужны побратимы? — рассмеялся Джем.

* * *

Зал заседаний был украшен красными стягами, расписанными черными рунами. Джем шепнул Тессе, что это руны приговора и решения.

Они заняли свои места в переднем ряду, где уже сидели Генри, Гидеон, Шарлотта и Уилл. Тесса не встречала Уилла со вчерашнего дня; на завтрак он не явился и пришел, только когда все уже уселись в экипаж. Он сбежал по ступеням, застегиваясь на ходу. Черные волосы взъерошены, вид усталый, будто не спал всю ночь. Он явно избегал смотреть Тессе в глаза, она тоже старалась не глядеть в его сторону. Впрочем, порой она ловила на себе его взгляды, которые жгли кожу, как искры.

Поскольку о помолвке еще никто не знал, Джем держался как истинный джентльмен: практически ничем не выдавал себя, если не считать улыбки, с которой он отвечал на каждый взгляд Тессы. Когда они сели на свои места, он нежно провел костяшками пальцев по ее левой руке, потом убрал руку.

Она знала, что Уилл смотрит на них с конца ряда, но даже не повернула головы.

На помосте в центре зала сидел Бенедикт Лайтвуд — зубы стиснуты, орлиный профиль обращен к Консулу. Рядом с ним расположился Габриэль, такой же усталый и небритый, как Уилл. Когда Гидеон вошел и сел вместе с охотниками Института, он бросил на него пристальный взгляд, потом закусил губу и опустил глаза, но так и остался сидеть с отцом.