Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 228 – Жоубао Бучи Жоу

Чу Ваньнин вежливость проявлять не желал, поэтому остался стоять у окна.

Что до Мо Жаня, то для него Жуфэн была просто дрянной, никудышной школой, которую он в прошлой жизни развалил до основания. Навязчивый блеск и показная роскошь не могли его обмануть: Мо Жань прекрасно знал, что никакого единства в этой школе не было, и она уж точно не заслуживала, чтобы перед ней трепетали в благоговении. При всем при том у него не было намерения ставить Наньгун Лю в неловкое положение – просто Мо Жань как будто не привык приветствовать кого-то стоя, вот и не вскочил с кресла.

Возникла довольно неудобная, если не сказать странная, ситуация.

Наньгун Лю, здешний хозяин и, вообще-то, представитель старшего поколения, застыл на месте, доброжелательно улыбаясь и сохраняя на лице прежнее выражение бурного восторга.

А застигнутый врасплох Мо Жань, гость и притом представитель младшего поколения, лениво развалился в кресле с чашкой горячего чая в руках, откинувшись на деревянную спинку и закинув ногу на ногу.

Сюэ Чжэнъюн только сейчас обратил внимание на поведение своего племянника – и едва не сгорел со стыда.

Какой же Мо Жань невоспитанный!

— А это, должно быть… Тот самый уважаемый наставник Мо, о котором последние годы ходит громкая слава.

Так и не выпив чаю, Мо Жань опустил крышку на чашку, поднял голову и ответил:

— Ага.

— Правду говорят, истинные герои…

Но Мо Жань со смехом перебил:

— Господин бессмертный Наньгун, вы уже использовали это выражение про истинных героев и юные годы, когда описывали моего младшего двоюродного брата. Про меня, наверное, лучше придумать что-нибудь другое.

Благодаря мягкому, спокойному тону и дружелюбной улыбке Мо Жань мог показаться образцом вежливости, вот только его слова вежливыми отнюдь не были. Кроме того, с кресла он так и не встал. Договорив, он вновь взял в руки чашку, отогнал чаинки в сторону кромки голубоватой фарфоровой крышки и сдул клубившийся над чаем парок, после чего опустил длинные ресницы и неторопливо сделал глоток.

Этот высокий и красивый молодой человек держался с ледяным спокойствием и вел себя так, будто это он был главой школы Жуфэн и стоял на вершине всего мира совершенствующихся, в то время как Наньгун Лю был не более чем жалким псом у его ног.

— Ха-ха, вы совершенно правы, уважаемый наставник Мо. Способности вашего покорного слуги скромны, а познания столь ограниченны, что у него не получилось быстро вспомнить выражение получше, поэтому…

— Ну что вы! – Мо Жань отставил чашку в сторону, поднял голову и едва заметно улыбнулся. – С тех пор как вы вошли в эту комнату, господин бессмертный Наньгун, вы произнесли столько приятных речей, что их хватило бы на целый свиток. Если вы утверждаете, что не обладаете даром красноречия, то кто же в таком случае обладает?

— Ох, уважаемый наставник Мо, я совсем не заслуживаю вашей похвалы. Вы мне льстите!

— А разве я вас похвалил? – насмешливо произнес Мо Жань, глядя на него своими черными блестящими глазами. – Красноречие не всегда благо.

Тут Сюэ Чжэнъюн не выдержал и, понизив голос, попытался осадить племянника:

— Жань-эр!..

Он считал, что Чу Ваньнину грубить Наньгун Лю было простительно – по крайней мере, у него на то имелись свои причины, да и положение он занимал достаточно высокое. Но племянник…