Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 280 – Жоубао Бучи Жоу

— Учитель! – Изнывая от тревоги и раскаяния, Мо Жань стоял на коленях в снегу с морщившимся от боли Чу Ваньнином на руках и непрерывно гладил его лицо. – Как вы?

Он увидел, как из угла рта Чу Ваньнина побежала тонкая струйка крови, и его сердце сжалось еще болезненнее. Мо Жань начал суетливыми движениями стирать кровь и вдруг вспомнил, как в прошлой жизни на одной из снежных вершин хребта Куньлунь Чу Ваньнин точно так же лежал у него на руках и умирал, истекая кровью. И тогда Мо Жань точно так же, как сейчас, пытался в панике вытереть его лицо от кровавых потеков, и у него ничего не получалось… Он чувствовал себя так, словно ему в сердце вогнали толстую иглу.

— Вам очень больно, да? – спросил Мо Жань, глядя на учителя красными от подступивших слез глазами.

Чу Ваньнину слишком сильно досталось от свирепого Бугуя; ударная энергия меча, стремительно войдя ему в грудь, словно пыталась вскрыть ее изнутри. А что еще хуже, перед его глазами тотчас замелькало множество каких-то искаженных видений. Чу Ваньнин затряс головой, пытаясь стряхнуть наваждение, и с трудом перевел взгляд в ту сторону, где стоял Наньгун Лю; однако стоило ему лишь взглянуть туда, как с его лица окончательно сошла краска.

Из последних сил Чу Ваньнин схватил Мо Жаня за руку и хрипло вскрикнул:

— Смотри, вон там!

Мо Жань взглянул на его мертвенно-бледное лицо и в ужасе распахнутые темные глаза, в которых отражался огонь… Огонь?

Мо Жань обернулся и увидел, что мелкая нечисть из трещины в небесах больше не сыпалась – вместо нее оттуда на землю полилась раскаленная лава. Демоны, которые вырывались из разлома вместе с рекой огня, тут же заживо сгорали в яростном потоке и превращались в горстки пепла, не успев даже взвыть напоследок.

Что за чудовищная картина?

Бурлящая лава из преисподней повисла в небесах, будто величественный золотой водопад, и неторопливо, без спешки поползла вниз. Огненный поток безжалостно слизывал все на своем пути. Как только он коснулся поверхности озера Ганьцюань, и лед, и даже вода, как ни странно, заполыхали, будто вязанки хвороста. Наньгун Лю и Сюй Шуанлинь, которые находились ближе всех к потоку лавы, пустили в ход мощное водное заклятие, чтобы их не поглотил огонь.

Хоть река огня и ползла очень медленно, она все равно вот-вот должна была испепелить неподвижно застывших людей с камнями «Партии Чжэньлун» в груди.

Мо Жань выругался себе под нос и вскинул руку, чтобы сложить пальцы в мудру^[61], но водные заклятия он знал очень плохо и сумел сделать только половину нужных жестов. Лежавший у него на руках бледный Чу Ваньнин вдруг сдавил его ладонь и сказал:

— Ты делаешь неправильно. Лучше я.

Мо Жань усадил учителя так, чтобы тот мог опереться спиной об его живот, но возразил:

— Не двигайтесь, учитель, лучше научите меня.

Пару мгновений Чу Ваньнин колебался, но он и сам знал, что потерял слишком много духовных сил и вряд ли справится с новым заклинанием. Однако сейчас, когда под угрозой были жизни людей, не стоило упрямиться и проявлять высокомерие, так что Чу Ваньнин схватил руку Мо Жаня и сам сложил его пальцы в нужную мудру, после чего хрипло произнес:

— Накладывай заклятие.

Духовная сила заструилась из кончиков пальцев Мо Жаня, быстро образовала в воздухе над ними огромную завесу и накрыла оцепенелых марионеток голубым водным куполом. Чу Ваньнин облегченно выдохнул и хотел похвалить Мо Жаня, однако, как только он поднял глаза на своего ученика, неожиданно для себя увидел на красивом молодом лице дорожки слез, блестевшие в отсветах пламени преисподней.