Книга Стена копий, страница 146 – Брэдли Бэлью

— Пустыня меняется каждый миг… – начал Эмре.

— …и перетирает кости прошлого в пыль. Так у вас говорят?

— Так. – Эмре взглянул на двух матросов, полирующих маслом палубу. – И что теперь? Король Эмир хочет владеть пустыней, как его отец когда-то?

— Как можно! – Она усмехнулась. – Никто во всей Шангази не смеет противостоять Королям Шарахая.

«Никто, кроме маласанцев», – подумал Эмре. Их правители всегда отличались дерзостью.

* * *

Дни тянулись за днями. Эмре не всегда шел на «Поражающем», но, неожиданно для себя, стал частенько на нем бывать. Он не ошибся насчет Хаддад: она оказалась женщиной вероломной, но, послушав ее рассказы о том, как сложно завоевать дружбу пустынных племен, о том, как не пропасть в аукционных кварталах караван-сараев, он невольно проникся к ней уважением. Люди прямые и не умеющие торговаться караванщиками не становятся. Неудивительно, что правитель решил ее использовать.

На двенадцатый день путешествия Ариз, юный двоюродный брат Мигира, выпустил сокола, и тот сразу принялся нарезать круги вдалеке.

К вечеру на горизонте показались мачты Онуровых кораблей, и на закате Кадри подошли к огромному лагерю, раскинувшемуся среди островков-оазисов с родниками, деревьями и пустынными кустарниками. Корабли и шатры Онура стояли вокруг лагеря защитным кольцом, на мачтах реяли его новые флаги с черными копьями на янтарном поле. Среди остальных флагов выделялись красные, племени Масал, но виднелись и речные узоры племени Кенан, и даже белое дерево племени Халариджан.

Из шатров Черного Копья навстречу кораблям Кадри вышли с десяток воинов. Мигир, поговорив с визиршей Онура, закаленной в боях женщиной по имени Сибил, выяснил, что Король не в лагере.

— Куда он отправился?

— Вернется через день-два. Но до этого нам многое нужно сделать.

— Я спросил, не когда он вернется, а куда он ушел, – настаивал Мигир.

Сибил шмыгнула носом, обвела взглядом всех Кадри, давая понять, что говорит не только с Мигиром.

— Онур отправляется туда, куда хочет.

Она рассказала, что племя Масал склонилось перед ним и теперь объединенный флот собирается напасть на ближайший караван-сарай Тиазет, потому в лагере так суматошно. Матросы тренировались изо дня в день, пристреливая баллисты, бросая крюки, разыгрывая абордажи. Воины упражнялись с копьями, мечами и щитами, пока армия не превратилась в единый, хорошо смазанный механизм. Ожидалось, что и племя Кадри послужит Королю. Сибил сразу потребовала, чтобы Мигир разделил свои корабли на три группы и присоединился к тренировкам.

— Как только поговорю с Онуром, – возразил он.

— Уже говоришь, – спокойно ответила Сибил. – Пока мой господин не вернется, я его голос.

— Это мои корабли. И тренироваться мы будем вместе.

— Теперь это корабли Онура. Вы будете тренироваться с теми, с кем вам предстоит сражаться бок о бок. – Она взглянула на Мигира как на заплесневелый лимон, грозящий испортить весь урожай. – Ты с нами, Мигир Халим’ава из Пылающих дланей, или нет?

Эмре надеялся, что Мигир скажет «нет» и присоединится к тринадцатому племени, но знал, что этого не случится. Он уже принял решение, к тому же без Онура ничего нельзя было поделать.

— Племя Кадри с тобой, – сказал Мигир Сибил.

Эмре едва не выхватил скрытый в складках тауба кинжал, который дал ему Масид, но приказ был четкий: дождаться идеального времени, когда Мигир все поймет. Если тиранские замашки Сибил докажут, каково Пылающим дланям придется под властью Онура… Мудрее всего подождать.