Книга Стена копий, страница 90 – Брэдли Бэлью

Он остановился на расстоянии вытянутой руки. Теперь Рамад мог разглядеть его простецкую одежду, кудрявые волосы – на всем лежал голубой отсвет.

— Скажешь сам или придется добывать правду? – Он надел кольцо на большой палец шипом наружу. – Мне-то все равно… – Схватив Рамада за плечо, он ткнул шипом ему в грудь. – А вот ты можешь спастись от боли.

Он нажал сильнее, пронзая кожу. Рамад зашипел сквозь стиснутые зубы, стараясь не обращать внимания на боль.

— Кто ты? – спросил Брама.

— Никто.

— Никто… – Брама убрал кольцо и скорчил гримасу, как юнец, каким он и был. – Интересный ответ. Но ведь мы все – кто-то. Взять меня: я – вор, что пришел к трагическому концу и переродился. Простая история, но за ней многие дни, полные боли. Теперь давай ты.

Рамад решил было, что Тирона схватили. Возможно, Амариллис и Цицио тоже. Но раз Принц задавал такие простые вопросы, значит, все было иначе.

— Я пришел морем.

Брама задумчиво покачал головой, будто услышал вполне разумный ответ.

— И где же ты остановился в Шарахае?

— В спальне твоей мамаши.

Брама невесело улыбнулся.

— Хорошо же.

В его словах не было жестокости, но от этого становилось еще страшнее. Он обхватил голову Рамада странно, не по-человечески, теплыми руками. Его дыхание пахло чесноком и фенхелем, шип кольца упирался Рамаду в левый глаз. Рамад был уверен, что Брама сейчас надавит… но он не стал. Сжал его голову сильнее и ударил о каменную стену раз, другой, третий…

У Рамада искры брызнули из глаз. Он почувствовал, как соскальзывает в обморок, и заставил себя глубоко вдохнуть, борясь с темнотой.

— Как тебя зовут? – снова спросил Брама.

— Коротышка. Прямо как твой член.

«Я устала от этого, –произнес голос, далекий, словно идущий из глубин темного леса. – Отдай его мне».

— Хорошо, – помолчав, ответил Брама.

Ощущения, – шершавый песок на полу, влажность прохладного воздуха, шум города, доносящийся откуда-то сверху, – сменились присутствием чужого разума. Похожее он видел, объединяясь с сознанием Мерьям, и на мгновение даже подумал, что это она.

Но это был не она. Древняя душа. Более дикая. Более жестокая. Точно сама пустыня объяла Рамада и принялась пристально изучать.

Румайеш… Должно быть, это Румайеш.

Знание это облегчения не приносило. Но кое-как помогало бороться со страхом.

«Он каимирец», – сказала эрек.

Невелика тайна, но Рамад почувствовал себя так, словно его ограбили и вот-вот отнимут все остальное. Он попытался защититься, ослабить чары, как сделал когда-то с Хамзакииром в пустыне, но в этот раз он был слаб, ранен и никак не мог защититься от злой воли Румайеш.

Эрек будто поглотила его, впивалась в края его разума роем древесных ос. Рамад попытался придумать хоть какой-нибудь способ спастись, но ужас только рос. Умереть вот так, во тьме, вдалеке от любимых, потеряв разум… нет! Только не это!

— Ты должна стать свободной! – отчаянно крикнул Рамад, и – чудо – давление Румайеш замедлилось, а потом и вовсе остановилось.

«Стать свободной? – промурлыкала она. – И кто же меня освободит? Ты?»

— Да.

Брама рассмеялся. Вернее, рассмеялась Румайеш, управлявшая его телом.

— Ты так добр, что освободишь создание вроде меня? – произнесла она чужими губами. Рука Брамы скользнула по щеке Рамада, по шее, ладонь уперлась в обнаженную грудь. – Твое сердце так благородно?