Книга Звездный путник, страница 51 – Александр Попов

Во время полета, Моране стал оказывать знаки внимания руководитель экспедиции, его звали Гор ныч, Моране Гор ныч тоже нравился. Может у них все и сложилось, если не враги, прилетевшие на Землю вслед за экспедицией.

В солнечной системе разгорелся бой. По звучащим в эфире сообщениям я понял, что кораблей врагов было больше. Но экспедиционные корабли обладали мощной защитой в лице двух новейших крейсеров. Корабли врагов были уничтожены, кроме одного флагмана разрушителей, во время боя он стоял в стороне. Что потом произошло, я точно не знаю. Одно было ясно, корабли экспедиции были уничтожены, как и корабли разрушителей, последним взорвался флагман разрушителей…

— Марана в это время была на земле. Она надеялась, что все обойдется и запретила использовать экстренный перенос разумного. Не обошлось, и Марана погибла.

— Страж, можешь показать мне ее изображение?

Над браслетом вспыхнуло белое пламя, через пару секунд я рассматривал виртуальное изображение красивой женщины.

— Красивая! — сказал я и побежал дальше.

— А как было на земле сорок тысяч лет назад? — спросил очень сильно интересующий меня вопрос.

— Вечером могу показать, есть у меня записи Мараны.

— Хорошо, договорились.

— И ты пролежал на дне реки сорок тысяч лет, пока я тебя магнитом не выловил? — продолжил расспросы искина.

— Да так и было.

— Жалко, что так все произошло, погибла целая экспедиция, — посочувствовал я, а потом спросил:

— Страж, а когда на планете Земля появились люди?

— Спустя год, после гибели экспедиции, прибыл первый корабль колонизатор…

Когда я выбежал на берег реки, остановился как вкопанный. Я давно не видел такой красоты. Песчаные пляжи переходили в каменистые переборы. На этих переборах, разноцветные камни играли на солнце гранями. По берегам реки высились огромные ели и сосны, казалось, что эти деревья своими верхушками упираются в небесный свод.

Река была не очень широкая на глазок метров шестьдесят не больше. Подходя к реке, я увидел плеск рыбы.

Вот было бы здорово, пообедать рыбкой. О костре я не волновался, развести смогу. Всем этим премудростям меня научил Кузьмич. Первым делом срубил прямой двухметровый кол. К этой будущей рукоятке привязал свой нож, все, острога готова. Снял сбрую клинков, аккуратно положил в траву свое оружие, рядом с собой, затем сбросил свой технологический комбинезон. Взял острогу в руки и пошел в воду, в чем мать родила.

— Заодно и покупаюсь и помоюсь, — подумалось мне. Зашел по колено в воду и замер у обрыва, дальше была глубина. Дно в этом месте было покрыто мелкой галькой. Минуты через три приплыли три здоровенные рыбины. Та, что помельче была около метра. Прицелившись, сделал небольшой замах и метнул свое оружие. Всплеск раненой рыбы, окатил меня водой. И острога, словно перископ у подводной лодки, стала двигаться на глубину. Я оттолкнулся ногами от дна и нырнул за уплывающим обедом, вода была прозрачная, по-летнему теплой. Под водой было очень хорошо все видно, лучики солнца освещали речное дно.

Я боялся за свой нож, что уплывал от меня. Наконец я догнал раненую рыбину, а может она устала сопротивляться. Дотянувшись, схватил острогу и стал выплывать на поверхность, рыбина уже не сопротивлялась. Взяв свой улов за жабры, вытащил ее на пляж. Разобрал свою острогу, и на траве почистил рыбу. Мясо рыбы оказалось розовым не таки ярким как у семги, но где-то эта рыбка с семгой была в дальних родственниках. Когда все было почищено, я подвесил рыбину на дереве за хвост. Голову, потроха рыбы я закопал в песок.