Книга Становление мага, страница 29 – Александр Попов

— Ошибаешься, должен! Ты должен за лечение брать деньги, и нам отдавать семьдесят процентов. Иначе пострадают твои родные. Бабушка ведь старенькая, — сказала, ухмыляясь, ведьма.

«Да! Я думал, что таких подлых людей в этом времени не существует. Я ошибался, придется ведьму ставить на место. Но как не хочется, демонстрировать свои новые силы», — подумал я.

— Ты, ведьма, пытаешься меня шантажировать! Ты просто не понимаешь, с кем связалась. Ты думаешь, я лекарь, а может ты ошиблась, — я это произнес шепотом, но ведьма меня прекрасно слышала.

Я смотрел ей прямо в глаза и вытягивал из неё всю воду. Кожа ведьмы серела и иссыхала на глазах. Ведьма закричала, ужас застыл на ее лице, превращающийся в маску.

— Хватит! — орала ведьма.

Я прекратил воздействие на ведьму.

— Я скоро уеду, но ты забудешь дорогу в дом моей бабушке. Это первое и последнее предупреждение. Запомни мои слова накрепко. Вари свои снадобья, и лечи людей, хоть за деньги, но будешь лечить, а не вредить. А пересекутся стежки-дорожки со мной или с моими родными случатся неприятности, мне передадут. И тогда, до седьмого колена всех уничтожу. Поняла ли ведьма?

— Поняла. Кто бы знал, у пацана, такая сила! — сказала ведьма.

— Забудь, это в твоих интересах, — ответил я. Ведьма почти бегом поспешила по тропинке в свою деревню.

Когда я вернулся домой, бабушка спросила:

— Что нужно от тебя Зинке знахарке? А то, как забредает в нашу деревню, вечно молоко скисает.

— Да, в общем, как я головную боль снимаю.

— И что ты ответил?

— Молитвами! — ответил я

— Так ты, не одной молитвы не знаешь, — улыбнулась бабушка.

— А какие мои годы, может, придет такое время, что даже коммунисты, в церковь быстрее всех побегут, грехи замаливать.

Бабушка рассмеялась.

— Придумаешь тоже — коммунисты в церкви!

— Сейчас, поди настоящих-то коммунистов почти и не осталось, всех в войну поубивало. Мой муж Петенька, а твой дед до войны тоже коммунистом был, председателем колхоза нашего его поставили. Урожаи большие были, скота в колхозе много было. Надои тоже большие. Да война проклятущая началась, в 42 году похоронку я получила. На Карельском фронте моего Петеньку убило, — сказала бабушка, а из глаз слезинки покатились.

— Ну ладно хватит разговоры разговаривать. Саша, тащи, самовар уже давно вскипел, давайте ужинать.

Глава 7. Я лекарь, или моя первая пациентка.

На следующее утро разбудил брата, и вместе побежали на зарядку. Вначале пробежали по тропкам вдоль реки три километра. А потом побежали в овраг к ручью. В общей сложности пробежка получилась пять километров.

На ручье стал работать со стихиями. Вначале файрболы, опять стрелял в склон. Затем водяная стихия, используя руны заморозки, стрелял сосульками в тот же склон. А потом из воздушной стихии соорудил два смерча.

В конце тренировки достал из браслета два парных клинка. Снял ножны и поразился мастерством изготовления оружия. Я стоял и любовался лезвиями клинков. Острота клинков сомнения не вызывала, по всему лезвию тянулись руны. Видны они были только под одним углом, и что меня поражало, руны были объемными. Рукояти клинков были витые, два цвета: черный и белый. Похоже, мастер, создавший такие чудесные клинки, не был далек от философских постулатов, один из которых — это единство и борьба противоположностей. Головка одного клинка была черного цвета. А головка другого — белого. Гарда клинка была похожа на японскую катану.