Онлайн книга «Королева Лета, умри»
|
Подходить к ней Ленька не решился. Мало ли что произошло, вдруг спалится. Толпа редела. Саша зевнула и заявила, что идет домой, Степа решил проводить ее, и они попрощались. Никто не обратил внимания на Ленькин рюкзак. Он топтался в народе, сам не ведая, для чего. Может, надеялся увидеть Майю или Камилу, у которой можно было что-то узнать. Или же место Таниной смерти не отпускало его. На низком заборчике у клуба заметил бело-зеленую спортивную кофту – такая только у Степки. Бросил тут и забыл, раззява. Леня поднял «олимпийку» и перекинул через локоть – все равно вечером встретятся, если не раньше, как усидеть дома, когда тут такие новости! – и побрел в свою сторону. Леня уже завернул в безлюдный проулок, как из кармана Степкиной куртки вдруг выскользнула тонкая серебристая змейка – цепочка из крошечных звеньев, парни такие не носят. Леня на ходу вытащил украшение. Длинновата для браслета, такую только на шею. С маленьким кулоном в виде пузатого сердечка. Он сразу узнал эту вещь. Слишком уж часто сердечко качалось в вырезе Таниной блузки. * * * Матери дома не было, но она, скорее всего, просто выбежала к соседке обсудить случившееся, вот-вот вернется и будет допекать его вопросами. Хотя он и сам не прочь был узнать, что случилось на банкете между Таней и Димой Бероевым. Что Танька вообще там забыла? Туда же приглашали только юмаковскую верхушку да работников СПК, которых награждали за хорошую работу. Мать вот позвали в этом году. Леня засунул рюкзак под кровать, решив, что разбирать его еще рано. Подумав, сунул туда же и олимпийку, застегнув покрепче карман с цепочкой. Он пока не решил, что делать со странной находкой, тут надо подумать. Пожевал бутерброд с колбасой, не почувствовав вкуса, и решил отправиться к Майе – будь что будет! В конце концов, он ее парень, это всем известно, ну пришел ни свет ни заря, какая в этом странность? Тем более вся деревня на ушах. Неужто Бероев убил Таню? Простая и очевидная версия обычно самая верная. Стив Корелла из его любимой детективной серии частенько говорит, мол, ответ все это время был буквально у нас на глазах! Таня… Даже не верится, что ее нет. Вот ведь несколько часов назад отплясывала на дискотеке, сама жизнерадостность! И даже не подозревала, что смерть дышит ей в затылок… От этих мыслей стало совсем тошно, и Ленька, небрежно поставив кружку с недопитым чаем в раковину – влетит ведь от матери, что не помыл за собой! – бросился на улицу. Майя жила на главной улице, от Ленькиного дома – минут десять по заросшему травой узкому переулку. Перешел главную дорогу – и вот ты уже стоишь по шею в крапивных зарослях перед ветхим серым забором из широких досок. За забором – маленький дом в облупившейся зеленой краске, заросли черемухи, а больше ни черта не видно. Самый бедный дом в Юмаково, соседям с их аккуратно выкошенными лужайками и цветниками у забора – как бельмо на глазу. Майя поселилась тут осенью, года еще не прошло. Она переехала в Юмаково после того, как погибли в автокатастрофе ее родители и единственная родственница, тетя Асия, оформила опеку и забрала племянницу из города к себе. Леньке всегда казалось, что это стало для Майи вторым страшным ударом. Она была достаточно взрослой и самостоятельной, чтобы остаться жить в родительской квартире – у себя дома! – в Арслане, и тетка могла бы лишь формально ее «опекать». Всего-то год до совершеннолетия! Но выбора Майе не предоставили. Все ценные вещи вывезли или продали, городской хате нашли квартирантов, а племяннице-сироте – закуток в своей хибарке. «Зато не одна, с семьей», – приговаривала тетя Асия и гладила бледную Майю по черным завиткам волос. Впрочем, Леньке ли жаловаться? Не появись тут Майя, так и болтался бы, как снулая рыба, безуспешно пытаясь поймать эту красивую бабочку, легкую и пустоголовую. Хотя чего уж теперь… |